Во-первых - выражение νεήλυδας τους Γαλάτας συμμαχήσαντας. Принято считать, что отглагольное прилагательное νεήλυς - "недавно пришедшие" обозначает прибывших в Азию галатов. Это произошло в 278 г., поэтому свидетельство Аполлония, как полагают, должно датироваться годом, близким к этой дате. Однако из отрывка никак не следует, что прилагательное νεήλυδας· обозначает "прибывшие в Азию", поскольку подразумеваемое дополнение ές Ἀσίαν в контексте фразы отсутствует, а место, куда прибыли галаты, можно домысливать как угодно. Прилагательное νεήλυς, - υδος двух окончаний образовано из Aor. II ήλθόν от глагола ἔρχομαι, одно из основных значений которого "приходить" требует управления в дательном падеже. В контексте Стефана Византийского фраза Аполлония - Acc. cum Inf., в котором логическое подлежащее τους Γαλάτας. Если бы νεήλυδας воспринималось как атрибутивное определение логического подлежащего, то в тексте стояло бы τους νεήλυδας Γαλάτας или τους Γαλάτας· τους νεήλυδας. Мы, однако, имеем Μιθριδάτη καὶ Άριοβαρζάνῃ νεήλυδας τους Γαλάτας, т. е. предикативное определение, являющееся логическим сказуемым к слову "галаты". Поэтому данное предложение можно понять как "пришедшие недавно к Митридату и Ариобарзану (дательный падеж!) галаты, действуя совместно (с ними или друг с другом) прогнали...".

Во-вторых: имя Ариобарзан, упоминаемое в заметке. Считается, что у Аполлония речь должна идти о Митридате и Ариобарзане не по отдельности, а вместе. В связи с предлагаемой датировкой событий трудно говорить о соправительстве, хотя это и не исключено. Ведь очень мало известно о ранних годах правления Митридата II, которому в начале III Сирийской войны было всего двадцать лет, а в год вступления на престол - восемь. Возможно, что Ариобарзан - опекун молодого царя или его военачальник. Не исключено, что это один из местных династов, родственных Митридатидам, предки которых правили в Мисии и носили такое имя.

Несмотря на последний контраргумент, мы не видим препятствий считать, что активность Митридатидов в середине III в. до н. э. была связана с попыткой укрепиться в Великой Фригии, а может быть и в соседней Мисии. Ведь их предки владели Геллеспонтской Фригией, а затем Киосом и Арриной в Мисии. Поэтому притязания в этом районе царей Понта в политическом плане были оправданы. После объявления самостоятельности Каппадокийского царства это могло рассматриваться как возможность восстановить пошатнувшийся престол.

Военная и политическая активность на западе Малой Азии привела Митридатидов к контактам с царством Селевкидов, которые имели в этом регионе традиционное влияние. В первые годы "войны Лаодики" Селевк I Каллиник испытал жестокое поражение от Птолемея III Эвергета и вынужден был бежать в Малую Азию. Здесь в результате посредничества матери Лаодики в 242 г. он согласился признать соправителем своего младшего брата Антиоха, прозванного Гиераксом. Последний еще в 245 г. имел во владении малоазийские сатрапии Селевкидов, поэтому заключение соглашения двух братьев способствовало быстрому окончанию войны вследствие консолидации сил Селевка II и последующего затем вытеснения Лагидов из Месопотамии и Сирии. В ходе войны Птолемей III укрепился в Киликии Трахее, Памфилии, Ионии и Ликии, влияние египетского царя ощущалось и в Карии[60]. Вот почему в годы неудач Селевка II Митридат Понтийский, стремясь закрепиться во Фригии, пошел на сближение с Гиераксом, фактически хозяином положения в Западной Анатолии. Именно с этих позиций следует рассматривать рейд галатов совместно с понтийцами против вторгшихся туда войск Эвергета.

М. И. Максимова, обосновывая возможность военного столкновения Митридата, галатов и египтян в Понте, высказала мнение, что если бы дело происходило в Карии, то в означенных событиях принимал участие царь Вифинии[61]. У Стефана Византийского (s.v. Κρῆσα) сохранилось известие, что пафлагонский город Креса был захвачен Зиэлой, сыном Никомеда. В другом месте Стефан утверждает, что в Каппадокии есть город Зиэлий, основанный, якобы, Зиэлой, сыном Никомеда (s.v. Ζῆλα). Плиний Старший упоминает в Понте город Зеилу (VI.3.10) и Зелу в Каппадокии (VI.3.8), путая при этом первый со вторым, когда говорит, что Цезарь разбил Фарнака II в битве при Зеиле, хотя на самом деле это произошло в битве при Зеле. На основании этих свидетельств высказывалось предположение о войне царя Вифинии Зиэлы (ок. 255 - ок. 227 гг. до н. э.) с Понтийским царством[62]. Называлась даже дата войны - 240-235 гг.[63], так как у Трога (Trog. Prol. 27) говорится о смерти Зиэлы после войны Селевка II и Антиоха Гиеракса и последующей затем победы Пергама над галатами. Поскольку экспансия Понта на запад затрагивала непосредственно интересы Вифинии, возможно допустить, следуя visa versa М. И. Максимовой, что война Вифинии с Митридатидами - результат их политики в отношении Великой Фригии. Такой поворот событий тем более вероятен, что Зиэла имел тесные связи с Египтом[64].

Принято считать, что упоминавшаяся Евсебием женитьба Митридата II на сестре Селевка II Каллиника (см, выше) имела место еще в годы III Сирийской войны, так как сирийский царь хотел этим браком обеспечить себе тыл в лице Понтийского и Каппадокийского царств для борьбы с Птолемеем III. Однако затем, как полагают, Митридат переметнулся к Гиераксу, когда в 241 г. до н. э. началась его междоусобная война с Селевком И. Целью Митридата, считают стремление ослабить власть Селевкидов в Малой Азии[65]. Однако еще Т. Рейнак показал, что порядок событий в хронике Евсебия должен быть иным: в 241 г. Митридат II в союзе с Гиераксом и галатами разбил войска Каллиника в битве при Анкире. Но затем Селевку II удалось переманить понтийского царя на свою сторону, скрепив дружбу браком своей сестры Лаодики и Митридата II. В качестве приданого Селевк отдал новому союзнику Великую Фригию, чего упорно добивался понтийский властитель[66]. Этим актом ему удалось расколоть опасную коалицию Митридата и Гиеракса, что дало преимущество в войне с братом. В отместку Гиеракс совершил рейд по Великой Фригии и собрал дань с ее жителей (Euseb. Chron. I. P. 118 Karst-251 Schoene). Это говорит о том, что Великая Фригия лишь очень короткое время находилась у понтийского царя.

Согласно Полибию (Polyb. IV.74.5), некто Логбасис из Селга, друг и соратник Антиоха Гиеракса, воспитал Лаодику, дочь Митридата II, которая была у него под опекой (έν παρακαταθήκη). Принято считать, что Лаодику отдали Гиераксу в качестве невесты или заложницы, чтобы скрепить союз с Понтом[67]. Из текста Полибия, однако, не следует, что Лаодика была обещана в жены Гиераксу. Ведь она была еще совсем юная и о браке не могло быть и речи. Это, вероятно, дочь Лаодики, сестры Селевка II, и Митридата II Понтийского, которая родилась от их брака в 240/239 г. уже после того, как Митридат порвал с Антиохом. Выражение Полибия εν παρακαταθήκη заставляет думать, как считает Ф. Уолбэнк, что девочка находилась у Гиеракса как заложница[68], а затем воспитывалась у Логбасиса. В таком случае она могла попасть к Гиераксу еще до того, как тот возвратил себе Великую Фригию, отданную Митридату. Удерживая в своих руках девочку, Гиеракс, очевидно, рассчитывал восстановить прежние отношения с Митридатом для окончательной победы над Селевком Каллиником. Ему не удалось достичь желаемого, так как могущество Селевка возросло и Митридат теперь прочно ориентировался на своего деверя. Ведь инициатива в войне братьев была в руках Селевка; более того, против Гиеракса выступил пергамский царь Аттал I, влияние которого в Малой Азии быстро росло, особенно после победы над галатами при Каике в начале 230-х годов. В конце 30-х годов III в. Аттал разгромил Гиеракса в битве при Афродисии, после чего тот бежал во Фракию, где погиб в 227 г. до н. э.