Говоря о положении в Колхиде и на Боспоре при Митридате Евпаторе, нельзя не отметить существенную деталь: несмотря на некоторое захирение сельскохозяйственного производства, к концу II в. наблюдается подъем ремесла и торговли. В Вани и Эшери развивается городское строительство, возводятся постройки фортификационного, общественно-политического и культового характера. В городах Западной Колхиды получает развитие производство строительных материалов, керамической тары, ткачество, оружейное дело. Понтийский царь поощрял рост городского хозяйства и торговых связей в Колхиде[7]. В то же время в городах Восточного Причерноморья, как, например, в Диоскурии и Гиэносе, засвидетельствованы следы запустения некоторых жилых кварталов, датируемые рубежом II-I вв. Аналогичная картина и на Боспоре. В Мирмекии во второй половине II - начале I в. сооружалась каменная вымостка улицы, функционировала винодельня, велось строительство жилых помещений[8]. В то же время на рубеже II-I вв. приходит в негодность оборонительная стена, построенная в IV в., прекращается жизнь на раскопанном Боспорской экспедицией центральном участке И, который подвергся разрушению[9]. В указанное время и в Пантикапее сгорел в пожаре построенный во II в. пританей, разрушено большое здание близ северной башни, а также здание недалеко от въездных ворот[10]. В первой половине I в. прекращается жизнь на городище Порфмий[11]. Следы разрушений прослеживаются и в азиатской половине царства (Кепы, Фанагория).

Разрушения связывают с восстанием Савмака, войнами Митридата VI с Римом и варварами, его чрезмерными поборами, разорившими страну[12]. Мнение тех, кто связывает запустения в столице Боспора с борьбой между Савмаком, Перисадом V и Диофантом, отстаивавшим интересы царя Понта, справедливо. Но для Мирмекия и Порфмия вырисовывается несколько другая картина. В этом смысле интересен так называемый мирмекийский клад монет времени Митридата Евпатора. В нем содержалось 16 медных монет: два тетрахалка Синопы и один Амиса, соответственно 80-70 и 105-90 гг., пантикапейский обол 90-80 гг., 12 боспорских анонимных оболов 80-70-х годов I в., самые поздние монеты клада, выпущенные наместником понтийского царя Махаром (см. часть II, гл. 2; ч. III, гл. I)[13]. Если вслед за Е. Г. Кастанаян допустить, что клад был зарыт в результате нападения на город неприятеля, то запустение Мирмекия следует связать с прибытием в Боспор царя Митридата VI для борьбы с Махаром на рубеже 70-60-х годов I в., что привело к расправе над изменившими ему боспорцами[14].

Следовательно, разрушение и гибель поселений на Керченском полуострове в конце II-I в. нельзя объяснять одним лишь восстанием Савмака. На их судьбе сказался весь комплекс причин: оккупация Диофантом европейского Боспора, варварская угроза и дань кочевникам-сарматам, войны Неоптолема против сарматов и бастарнов, борьба Митридата VI с восставшими городами и изменниками-сыновьями Махаром и Фарнаком. Возможно, сыграло негативную роль и катастрофическое землетрясение 63 г. до н. э. Поэтому одна часть сельских поселений могла погибнуть еще в конце II, а другая - в первой четверти I в. до н. э. Однако мы не беремся утверждать, что Митридат VI был заинтересован в разрушении этих поселений, а их гибель - следствие субъективных факторов. Ведь царю было крайне важно, чтобы Боспор и Колхида находились в его руках как можно дольше и служили опорой при проведении агрессивной политики в Малой Азии. Для этого он поощрял рост городского хозяйства в этих регионах. Поскольку экономика греческих полисов во многом зависела от сельского хозяйства, усилия понтийского монарха по подъему уровня городской жизни во всех ее областях неизбежно должны были отражаться на состоянии городской хоры и окружавших ее царских доменов. Поэтому строительство в городах непременно сопровождалось активными мероприятиями на хоре, где при Митридате должны были появиться многочисленные укрепления и крепости, подобные тем, которые возникли в его малоазийских владениях.

Обратимся к сельской территории Боспора I в. до н. э. - I в. н. э. О состоянии ближней, городской хоры на европейском Боспоре мы можем судить отчасти по усадьбе (villa urbica) близ так называемой Солдатской слободки. Она возникла в III в. до н. э., а самые поздние из найденных здесь монет не выходят за пределы первой четверти I в.[15]; усадьба гибнет в 80-х годах этого столетия. Причем монеты не дают оснований связывать ее гибель с восстанием Савмака и войнами Диофанта в последней четверти II в. Разрушение могло иметь место в те годы, когда Митридат VI приводил к покорности своих боспорских подданных, попытавшихся отпасть от него после неудач в первой войне с Римом (App. Mithr. 67)[16]. Кстати, эта усадьба не единична - вблизи выявлено еще несколько аналогичных строений.

На склоне Темир-горы существовала другая усадьба - villa rustica, которая датируется второй половиной III в. до н. э. - II в. н. э. В середине I в. до н. э. здесь производились какие-то перестройки[17]. На хоре Пантикапея и Нимфея находились усадьбы I в. до н. э. - I в. н. э.: Героевка, Октябрьское, Чурубашское. Поблизости выявлены остатки земельных участков[18]. Находки фрагментов посуды 1в. до н. э. - I в. н. э. встречены на небольшом поселении Каменка к северо-востоку от Керчи. К югу от поселения у с. Бондаренково заметны следы подтеса скалы и стены постройки, площадью не более 250 м². Слой митридатовского времени зафиксирован и на поселении Войково-Северное, возникшем, вероятно, в IV-III вв. до н. э. и просуществовавшем до IV-VI вв. н. э.

Далее на север-северо-восток у дороги Керчь - Курортное на возвышенности располагалось поселение Придорожное, которое относилось к типу укрепленных четырехугольных в плане поселений с очень мощными стенами до 3 м шириной. Вокруг основной постройки имелись другие строения.

На многослойном поселении на мысе Зюк, известном как "Зенонов Херсонес", прослеживается слой пожара и разрушений конца II или начала I в. до н. э., а также следы землетрясения 63 г. Поселение "Полянка", расположенное в 5,5 км западнее мыса Зюк[19], существовало еще в III-II вв., а в конце II в. гибнет. Во второй четверти - середине I в. до н. э. здесь возникает другое поселение, застроенное хаотично, с беспорядочной планировкой помещений и непрямолинейной разбивкой.

Почти в центре поселения в квадратном помещении с двойными толстыми, тщательно сложенными стенами и входом с южной стороны найдено более 30 целых и фрагментированных терракотовых статуэток и украшений в виде розеток. Среди терракот изображения Аттиса, Мена, Геракла, Афродиты, Силена, Кибелы, Диониса, Эрота и Психеи, Митры, убивающего быка, конного божества, бородатого быка- Аписа, маски Диониса (Зевса?) и другие, которые показывают синкретизм религиозных представлений митридатовской эпохи. Отсюда же происходят две высокие вазы-курильницы александрийского типа также со следами краски и позолоты. Весь набор терракот и культовых предметов по религиозному значению и жанру близок находкам из так называемого дома Хрисалиска на азиатском Боспоре[20], относящегося ко времени Асандра.