Когда Виштаспа услыхал эти слова, он упал с трона наземь [Ч]. Потом он бросился на Джамаспу с мечом в правой руке и с кинжалом в левой, осыпая верного бидахша оскорблениями, называя его сыном колдуньи-паирика и лжеца. Он выкрикивал в ярости:

— Сказанному тобой не бывать! И если бы я не поклялся Хвар-ной Ахура. Мазды, верой маздаяснийской и жизнью брата Заривари, то я бы этим обоюдоострым мечом и кинжалом отрезал бы тебе голову и бросил наземь! [Ч] [334]

— Вы ошибаетесь, господин, — отвечал Джамаспа. — Извольте, господин, подняться с земли и воссесть на царский престол, ибо случится то, что должно случиться, как сказано мною [Ч].

Но Виштаспа не поднялся и даже не посмотрел на него. Тогда богатыри из войска Виштаспы по очереди стали подходить к своему царю и торжественно клясться, что в завтрашнем бою они истребят мириады хионитов. Заривари поклялся уничтожить 15 мириадов, Падхосрóв, праведный маздаясниец [Ч], — 14 мириадов, сын Виштаспы Фрашавáрд — 13 мириадов, а другой царевич, отважный Спентадáта (среднеперс. Спендидáд, Спандáтт, фарси Исфандия́р) пообещал не оставить в живых ни одного хионита.

Тогда Виштаспа поднялся с трона и сказал:

— Не суждено сбыться твоему предсказанию, Джамаспа. Я велю построить медную крепость с железными воротами и запереть в ней моих сыновей и тех богатырей, которым ты напророчил гибель. Рука врага не коснётся их!

— Но если ты сделаешь это, кто же тогда будет биться с хионитами? — возразил Джамаспа. — Ибо и Заривари, и Падхосров, и Фрашавард — могучие герои. Без них тебе Ареджатаспу не одолеть.

— Сколько будет хионитских воинов? — спросил Виштаспа.

— Сто тридцать один мириад будет их. И все полягут на поле боя. Останется жив только их предводитель Ареджатаспа. Но схватит его герой Спентадата, отрежет ему руку, ногу и ухо, выжжет огнём ему глаз, на осле с отрезанным хвостом отправит в его страну и скажет: «Ступай и расскажи, что ты видел от меня, героя Спентадаты!» [Ч]

— Даже если все сыновья, братья и наследные принцы мои, Виштаспы, а также Хутаосы, моей сестры и жены, от которой рождены 30 [моих] сыновей и дочерей, умрут, то и тогда я не оставлю эту святую маздаяснийскую веру, которую принял от Ахура Мазды! [Ч] — сказал Виштаспа.

Разошлись отдыхать приближённые Виштаспы, минула ночь, — и вот сошлись оба войска для кровавой сечи. Двенадцать раз по двенадцать мириадов воинов было у маздаяснийцев, а противостояло им хионитских дэвопоклонников — двенадцать мириадов мириад — 1200000000 воинов насчитывалось в стане Ареджатаспы.

Первым бросился в бой всадник Заривари, подобно тому, как вспыхивает огонь и падает в камыши, к тому же поддерживаемый ветром [Ч]. По десять и по одиннадцать хионитов одним ударом стал разить могучий герой. Ареджатаспа сказал приближённым:

— Найдётся ли среди вас столь бесстрашный воитель, кто пойдёт и убьёт Заривари? Этого смельчака я сделаю бидахшем и отдам ему в жёны свою дочь. Ибо если Заривари [будет] жив до вечера, пройдёт немного времени, как от нас, хионитов, никого не останется в живых [Ч]. [335]

Вызвался колдун Видрафш. Он оседлал коня, взял заколдованную пику [?],[187] изготовленную дэвами в аду с помощью зла и яда, сделанную в жадности и грехе [Ч], и поскакал навстречу Заривари. Но побоялся злодей сойтись с маздаяснийским всадником в честном бою, лицом к лицу, — он затаился в укрытии, как змея, из укрытия набросился на Заривари сзади и вонзил ему в спину меч — так глубоко, что лезвие прошло сквозь сердце. Заривари рухнул наземь, и стихли воинственные крики, и перестали звенеть мечи и петь стрелы в воздухе.

— Заривари убит! — воскликнул Виштаспа, наблюдавший за битвой с горы. — Есть ли среди вас, герои, кто-нибудь, кто пойдёт и отомстит за род Заривари? [Ч] Ему я дам в жёны свою красавицу-дочь, одарю его дворцом и назначу главным военачальником.

Но никто из героев не откликнулся на призыв, все потупили глаза в землю. Виштаспа молча ждал. Вдруг вперёд выступил семилетний сын Заривари Баствáр (среднеперс.; авест. Баствáри).

— Оседлайте мне коня! — потребовал он. — Я поеду на поле битвы и посмотрю, жив ли брат моего господина и царя, мой отец Заривари, или он мёртв, сражённый злодейской рукой.

— Ты ещё слишком мал, — отмахнулся Виштаспа. — Хиониты тебя убьют. А убив и Заривари, и его сына, они стяжают две славы [Ч].

Баствар упрашивать и спорить не стал, удалился молча. Он отправился к царскому конюшему и сказал:

— Наш царь Виштаспа приказал оседлать для меня коня.

Конюший поверил, и коня оседлали. Баствар, прорубаясь мечом сквозь ряды хионитов, поскакал туда, где Видрафш напал на Заривари из засады, — и вот конь его встал над бездыханным трупом. Баствар принялся оплакивать отца:

Что мне делать теперь? Ведь, если я сойду с коня, обниму, отец, твою голову, отряхну с неё пыль,[188] то мне нелегко будет опять [336] оседлать коня.[189] Боюсь, что придут хиониты, убьют меня, как они убили тебя [Ч].

И Баствар снова погнал коня сквозь вражеские ряды, расчищая себе дорогу ударами меча и усыпая землю позади телами убитых хионитов. Он прискакал к Виштаспе и доложил:

— Я видел Заривари, моего отца и твоего брата. Он убит. Пусть меня пошлют в бой, дабы я мог отомстить за гибель героя Заривари!

Его просьбу поддержал Джамаспа:

— Отпустите этого юношу, ибо счастье на его стороне. Он перебьёт врагов! [Ч]

Виштаспа приказал немедленно оседлать коня, усадил на него Баствара, достал из своего колчана стрелу, передал её сыну Заривари и так благословил праведное оружие:

— Теперь лети от меня, стрела, приносящая победу! Да обретёшь ты победу в боях и сражениях! Завоёвывай славу для нас день за днём, всегда неси врагу смерть! [Ч]

Баствар погнал коня вскачь в самую гущу хионитских полчищ и учинил такое сильное побоище, какое учинял Заривари [Ч].

Ареджатаспа поразился, увидев, что семилетний мальчик сражается так же храбро, как убитый Видрафшем Заривари. Только сын Заривари мог быть способен на такое! Ареджатаспа понял это и бросил клич:

— Кто из хионитов не побоится сойтись в поединке с этим юношей? Если такой найдётся, я отдам ему свою дочь в жёны и сделаю бидахшем хионитского царства!

И снова вызвался Видрафш. Опять он взял свою дэвовскую пику, изготовленную дэвами в аду с помощью зла и яда, сделанную в жадности и грехе [Ч], и поскакал навстречу Баствару. Но побоялся он честно встретиться с героем, лицом к лицу, — только приблизился на почтительное расстояние и осадил коня.

— Приверженец Лжи и мерзкий колдун! — воскликнул тогда Баствар. — Подходи же! Я исторгну из тебя дэвовскую душу вон, как ты исторг праведную душу из отца моего Заривари!

Тогда колдун Видрафш пришпорил своего коня, на полном скаку метнул копье, и оно пронзило руку Баствару. Видя это, вскричала душа убитого Заривари: