- А деньги какие они у него требуют?

- Он банк обчистил, говорят пару лимонов баксов поимел, – на полном серьёзе говорит Антон.

- Он? Банк? – с трудом представляю Богдана в образе грабителя банка.

- Так говорят, – пожал плечами Антон. – Он не хочет рассказывать. У нас не принято надоедать, кто хочет - говорит о себе, кто нет – молчит.

Понятно. Из той же серии, что и я беглец от мафии.

После посиделок отправляюсь в душ. Мне сказали, что горячая вода только вечером. Никто со мной не захотел пойти, объяснили дорогу только. На первом этаже. Нашел, захожу. В раздевалке сидят трое парней в трусах, один из нашей группы. Раздеваюсь. Из соседнего помещения слышен шум льющейся воды.

- Тут что, очередь?

- Не, ты можешь заходить. Тебе можно, – с непонятным выражением голоса говорит один. Мой одноклассник хотел что-то сказать, но его заткнули выразительным взглядом. Подстава? Заглядываю в душевую. Шесть кранов, под одним моется знакомый парень. Из той тройки, с усиками. Прохожу к крайнему крану, открываю воду.

- Эй, ниндзя! Тебе правила не объяснили? – обозвался парень

- Какие? Как правильно мыться? Или здороваться? Так виделись уже сегодня.

- Во-первых, ты разрешение должен спросить войти. А во-вторых, сначала старшие моются. Врубился?

- Я тебя услышал, – продолжаю намыливаться.

- Так вот, вышел, и зашел, как положено! – повысил голос парень.

- Нет. Я не вижу здесь воспитателя.

На некоторое время тишина. Не считая шума воды. Думаю, ему перехватило горло от моей наглости. Вид у него, кстати, совсем не спортивный. Костлявый. Падать больно будет на плитку.

- Нарываешься? Хоккей, порешаем.

Дальше моемся молча. Он вскоре выходит, только тогда заходят остальные. Выразительно смотрю на одноклассника. Повернулся спиной, но заметно смутился. Не совсем пропащий.

Перед отбоем заходит воспитатель. Построились перед ним в трусах. Осмотрел внимательно каждого, спросил у одного о происхождении ссадины на локте. Остановился передо мной.

- Как, осваиваешься?

- Да. У меня вопрос. Я по утрам привык бегать. Могу я до школы разминку делать? – немного солгал, давно не бегаю. В больнице не было такой возможности.

- Почему нет. Все делают, – позволил воспитатель. Хорошо, завтра начну восстанавливать форму. А кто еще интересно занимается утром?

Когда легли, меня стали просить продолжить рассказ.

- Не ребята, давайте завтра со всеми. Я лучше что-то другое расскажу.

Подумав, начал рассказывать о путешествии на Глории. Естественно не о себе, а о вымышленном персонаже. Приукрасил, выдумки было больше чем правды. Но никто не уснул до конца рассказа.

- Здорово! Можешь книги писать! – одобрил Игорь, остальные поддержали.

Утром просыпаюсь в шесть. От громкого сигнала в динамике встроенном в дверной проем. Кроме меня никто на него не реагирует, укутались только плотнее в одеяла. Сентябрь только, а прохладно. Можно сказать – холодно!

Я бегать собирался! Натягиваю кроссы и в коридор. Однако! Двери на этаж замкнуты. Не бегать же мне по коридору! Другого выхода нет. Точнее есть, на пожарную лестницу. Судя по состоянию двери - её не открывали с момента строительства. А если, правда, пожар? Сгорим тут нафик, закрытые! Подергал дверь – не, глухо. Возвращаюсь в спальню. Окно открывается и без решетки. Решетки начинаются со второго этажа. Выглянул, хм, в Китае было сложнее. Привязываю за батарею свернутую простынь и через три минуты я внизу. Спортплощадка прямо под окнами. Полчаса ношусь по кругу, потом растяжка. Отвыкли мышцы, весь в поту. Заметил, что в окнах появились зрители. Пора закругляться, в душ и в школу. Завтрак половина восьмого, говорили.

Обратно надеюсь вернуться через двери. Да, уже открыли. Но на входе ожидает Сильвестр. Он, оказывается, сегодня дежурил ночью.

- Кто тебе разрешил вылезать в окно?

- Вадим Дмитриевич.

- Что? Он это подтвердит?

- Он разрешил мне бегать утром. А запрета выбираться через окно не было.

- Запрета биться головой о стенку тоже не было, – взорвался трудовик. – Иди, убейся! Разбился бы, а меня посадили за тебя! После завтрака со мной к директору!

В спальне вяло одеваются. Один Игорь с полотенцем, только из туалетной комнаты.

- Лиен, ну ты даешь! Сильвестр тут мотался по спальням, искал с какой ты. Не пришиб?

- Нет. К директору сказал пойдем.

- А! Не бойся, она баба строгая, но справедливая. На первый раз простит. А вот если её приказ нарушишь – лучше самому повеситься!

Примерно так я о ней и думал. Весь мокрый, обтиранием не поможешь – иду в душ. Если и он закрыт … Нет, повезло. Холодный, но это привычно. В монастыре горячего совсем не было. Даже зимой. И нет никого, разрешение спрашивать не нужно. Чувствую – так просто меня не оставят в покое.

Завтрак оказался неожиданно вкусный. Манная каша с маслом, горячая булочка с повидлом, какао. Сегодня другой повар? Или свиньи подохли? Сильвестр уже ждёт на выходе из столовой. Кивком головы показывает – иди вперед. Поднимаемся на второй этаж, в кабинет директора. Секретарши еще нет, постучав - заходим. Сильвестр первый.

- В первый день и уже под конвоем, – приветствует меня Людмила Валентиновна. – Что он натворил, Сергеевич?

- Выбрался утром через окно, привязав простыню. Еще и на воспитателя пытался свалить вину. – Чего? Когда это я сваливал вину?

- Зачем? Хотел сбежать? Так мы никого не держим, – удивилась директор. – Что молчишь? Рассказывай.

- Вчера я спросил разрешение у Вадима Дмитриевича бегать по утрам. Он разрешил. Двери утром были замкнуты, пришлось искать другие пути.

- А почему у нас двери были замкнуты? Во сколько ты вылез?

- После звонка, минут через десять.

- Николай Сергеевич?

- Я это, – замялся трудовик, – сначала четвертый открыл, пока проверил их.

- А зарядку вы проводили?

- Да конечно. В коридоре, сначала там, потом на третьем. – Даже мне видно, что врёт. Директор, помолчав, обращается ко мне.

- На будущее – вылезать в окно запрещаю. Если двери утром будут закрыты – подождёшь. А потом доложишь мне. Бегать можешь, хотя у нас утром для всех зарядка проводится.

- Правда? – делаю удивленное лицо. Врага в виде трудовика все равно нажил уже. – А вопрос можно?

- Можно

- В случае пожара ночью, также в окно запрещено вылезать? Сгорать там? Второго выхода я не обнаружил, а первый закрыт.

Долгий взгляд. Даже не знаю, как его классифицировать. Что-то типа – откуда ты на мою голову такой умный?

- В случае пожара можно. Только специально для этого ничего поджигать не нужно. Не все такие акробаты как ты. Еще вопросы будут?

- Нет. – Задницей чувствую, лучше заткнуться!

- И запомни: никаких оправданий под лозунгом – что не запрещено, то разрешено. Ты не маленький, соображаешь, за что можно получить выговор или что посерьёзней. Мы договорились?

- Да, я всё понял.

- Можешь идти. А вы Николай Сергеич – задержитесь. – Да, чувствую - копать сегодня предстоит много.

К началу занятий я опоздал, в учительской тоже пусто. И куда мне? Прошелся под кабинетами, прислушиваясь. В одном голос показался знакомым. Чуть приотворив, заглядываю в щелочку. Точно, завуч. Постучав открываю. Группа не моя, старше.

- А, Лиен! Почему опаздываешь?

- У директора был.

- Решайте пример, я сейчас! – выводит меня в коридор. – Директор сказала – на мое усмотрение. Может тебе лучше в седьмой? Легче будет догнать.

- Я догоню и так, разрешите со своими одногодками. Пожалуйста!

- Давай договоримся так. До конца четверти все предметы должен знать. Перед Новым годом проведем повторное тестирование. Не сдашь – переведу в седьмой.

- Согласен!

- Тогда пойдем, покажу, где твои

Мои оказались на уроке английского. Представив меня, главным образом учительнице – завуч ушла. Сажусь на свободное место рядом с Мойшей. Ой, извиняюсь, Богданом.

- Ты учил английский язык? – обратилась ко мне учительница. Обратилась как бы на английском, но …. Я её с трудом понял. Китайцы и то лучше говорят. Затормозил, пытаюсь быстро решить насколько мне светить своё знание. Полагаю, она толком и не поймёт мой уровень.

- Понятно, – не дождавшись ответа, перешла она на русский. Низенькая, с короткой челкой, почти девчонка. Не сказал бы что красивая, скорее наоборот.

- Я говорю на английском, – отвечаю лаконично.

- Да? Тогда расскажи нам о себе, – иронично предлагает англичанка.

- ОК. Я родился во дворце магараджи, с детства меня окружала роскошь и богатство. У меня было двенадцать слуг, которые меня одевали и пятнадцать – которые раздевали.

Не удержался. Как я и предполагал, из моей речи никто ничего не понял, включая учительницу. У неё на лице начали появляться красные пятна. Молчит.

- Возможно у меня неправильный акцент, я учил язык в Китае, а там он отличается от общепринятого, – бросаю ей спасательный круг.

- Да, отличается, – уцепилась она за подсказку. – Но в целом неплохо! Китайский язык тоже знаешь?

- Да. И испанский немного.

- Садись, – чуть охрипшим голосом. Думаю, больше меня спрашивать не будут.

Из гуманитарных предметов была история. Прошлую тему меня спрашивать не стали, а сегодняшнюю я запомнил. Но учить придется всё за прошлые годы. В седьмой не хочу! Я надеюсь и в институт попасть!

В художественный кружок приняли без разговоров. Стоило исполнить пару песен на английском. Но голос что-то подводит. Ломка началась, боюсь, заканчивается моя сольная карьера.