- Но в этом нет никакого смысла.

- Предположим, тебе больше нет нужды есть, чтобы поддерживать в себе жизнь, но ты могла бы есть. Разве ты не скучала бы по вкусу продуктов, самому ритуалу принятия пищи?

А он прав. Элли обожала поесть.

- Ты не ответила на мой вопрос, - сказал вампир. – Ни один тюремщик не пытался тебя обесчестить?

- В основном, они были порядочными.

- Но не все? Кто-то из них… прикасался к тебе? – Его лицо помрачнело, клыки как-будто вытянулись.

«Он снова ведёт себя как буйнопомешанный». Когда его взгляд стал рассеянным, уровень тревожности Элли достиг высшей степени.

- Усмири своё долбаное сердце!

- Может, я и смогла бы усмирить своё долбаное сердце, - закричала она, - если бы ты прекратил доканывать меня своим ором!

- Твоя судьба в моих руках, и, тем не менее, ты выказываешь мне своё неуважение при каждой возможности.

- Ты не заслужил моего уважения.

- Может, я увижу сон о кольце уже сегодня. Тогда с тобой будет покончено навеки.

Элизабет скрестила руки на груди.

- Тебе нравится держать меня на мушке. Ты хочешь, чтобы я слетела с катушек, как и ты? Хочешь заставить меня освободить номер мысленно ещё до того, как я сделаю это физически?

- А есть такая возможность? – абсолютно серьёзно спросил вампир. По-крайней мере, он перестал разваливаться на части.

- Сколько ещё, ты думаешь, я смогу вынести?

- Столько, сколько я тебе отмерю…

- И мне это понравится? – Она закатила глаза. – Ты всех так изводишь?

Он встал бесшумно, как статуя, и ответил источающим опасность голосом:

- Ты не знаешь, какими бывют «пытки».

- А ты знаешь? Ты только портил жизнь другим или тебе случалось оказаться с другой стороны?

- И то, и другое.

Как же Элли хотелось, чтобы он её не заинтересовал. Но…

- Как именно тебя пытали?

- Вообрази худшую боль из тех, что ты можешь себе представить, усиль её в тысячу крат, а затем, переноси её каждую секунду в течение следующих шести сотен лет. И это всего лишь один случай из множества.

- Шесть столетий? – «Он преувеличивает. Должен преувеличивать». – Ты поэтому спятил?

- Частично. А ещё из-за воспоминаний.

- А мои ты видел, когда спал последний раз?

- Пока никаких воспоминаний об угольной пыли, протекающих крышах или о резком запахе бесчисленных живых тварей, шипящих на сковороде в прогорклом свином сале.

В его устах это звучало просто нестерпимо, но чего бы только она не отдала, чтобы немедленно туда вернуться!

- Ты подсматривал за мной чаще, чем рассказывал.

- Мне нужно было узнать о тебе побольше, рассматривая твои пожитки, следя за твоей жуткой семейкой.

Она рот раскрыла от изумления.

- Ты был у меня дома?

- Это у меня – дом. Ты жила в транспортном средстве.

- Он был куплен и оплачен. Никто не может заставить нас его покинуть. – В отличие от земли, на которой он был припаркован.

Не зря убитый Саройей представитель компании «Ва-Ко» вынюхивал что-то на горе Пирсов. Глубоко внутри она состояла из груды угля. «Ва-Ко» начала давить на семью Пирс, склоняя их к продаже участка. Когда это не сработало, они обратились в банк, в котором хранилась закладная.

Не смотря на то, что Руфь и Эфроим, да и остальные члены семьи, кое-как наскребли денег на платежи, это был лишь вопрос времени, когда они просрочат очередной взнос.

- Ты так горда, - озадаченным тоном тихо проговорил Лотэр. – Я не могу взять в толк, откуда это в тебе.

Элли проглотила готовое сорваться с губ оскорбление.

«Остынь, Элли. Собирай информацию».

- Расскажи мне, какая она – Саройя.

- Порочная, высокомерная, бесстрашная. Она – королева, которой все прочие королевы станут кланяться ниц.

Элли насмешливо изогнула бровь.

- Порочная женщина, которая не возражает, чтобы ты проводил так много времени наедине с прекрасной Каргой?

- Я с эльфийкой не путаюсь.

- Саройя согласна на всех тех наследников, которых ты хотел бы иметь?

- Она подарит мне столько детей, сколько я пожелаю, - холодно ответил вампир.

«Ушел от ответа?»

- Так может, стоит уже начать работать над маленькой принцессой вампиров?

- Я не могу заявить свои права на Саройю, пока её тело не обретёт бессмертие, иначе я наврежу ей своей мощью. Забыла?

«Эврика!»

- Так вот в чём причина задержки. – Или были другие? И всё равно Саройя могла бы удовлетворять вампира. Возможно, богиню не привлекали моменты с участием секса? – Мне тяжело представить, какой должна быть эта мощь.

- Есть четыре вещи, которые делают вампира сильнее своих собратьев. Жажда, бьющееся сердце, кровь Даков и возраст. Я – вампир, охваченный такой жаждой, что белки моих глаз окрасились кровью, я - Дак, и моё сердце бьётся. Я прожил тысячелетия, становясь сильнее с каждым днём своей бесконечной жизни.

Отлично. Она была поймана вампирским Халком. Элли посмотрела на Лотэра.

- Ты – настоящий Дак?

- А, точно, внеклассное чтение! Моей матерью была Иванна Дациано, наследница Дакийского трона. Я – Лотэр Дациано, теперь являющийся законным наследником.

- Но считается, что их не существуют.

- Разумеется, существуют. Бессмертные бывают такими же неразумными, как смертные, полагая, что если они чего-то не видят, должно быть, этого не существует.

- Тебя интересуют троны Орды и Даков? – когда он кивнул, Элли продолжила, - Если ты такой могущественный, твои подданные должны подобострастно стремиться сделать тебя своим королём.

Он издал саркастический смешок.

- Я намерен поработить одно королевство и разорить другое.

- И что потом?

Он нахмурился.

- Что ты имеешь в виду?

- Разорить, поработить? Должна быть причина, чтобы захотелось такое сделать.

- Чистейшее удовлетворение.

- И сколько оно продлится? Сотню лет? Тысячу? Должна же у тебя быть конечная цель?

Он поднялся, внезапно придя в ярость, воплощая собой растущую угрозу.

- У меня есть Последний ход!

«Слетел-таки с катушек».

Лотэр пробормотал что-то себе под нос по-русски, затем резко дёрнул головой, как это делают выжившие из ума люди, словно он сейчас видел или переживал что-то неведомое никому другому.

- Этот «Последний ход» и есть твоя конечная цель? – спросила Элли. – Ладно, так что это?

Взгляд вампира скользил по окружающим предметам, пока он ходил из стороны в сторону.

- Семь небольших заданий.

- Расскажи.

Он перечислил их так, словно читал с листа:

- Найти кольцо. Избавиться от души Элизабет. Обратить Саройю. Убить Дораду. Захватить Орду. Найти и убить Сергея. Одолеть Даков.

«Избавиться от моей души».

Как непринуждённо он сказал об этом! И кто был этот Сергей?

- Вампир, не хочу тебя огорчать, но те небольшие задания не тянут на конечную цель.

Лотэр развернулся, чтобы взглянуть ей в лицо.

- Придержи свой язык, маленькая смертная! Или тебе придётся с ним расстаться.

Элли замолчала, нетерпеливо глядя, как Лотэр ходит по комнате.

После довольно долгого ожидания, он огрызнулся:

- О чём, чёрт побери, ты говорила?

- Конечной целью должен быть результат, а не процесс его достижения.

- Возможно, мне доставляет удовольствие сам процесс.

- В таком случае, - сказала Элли, - конечной целью является удовольствие. Задания всё равно остаются процессом его достижения.

- Моя конечная цель – удовлетворить кровную месть. Вся моя деятельность направлена только на это, в течение вот уже тысячи лет.

Элизабет тихонько подчеркнула:

- Всё равно, только процесс.

- А-а-а, - проревел вампир, снова вмазав кулаком по стене. – Заткнись, мать твою!

Самым пресным тоном, какой смогла изобразить, Элли сказала:

- Большинство людей ставит себе целью обзавестись приносящей удовлетворение семейной жизнью и сделать стоящую карьеру, обретая, таким образом, счастье и радость.

- Что ты знаешь о счастье? – Он успокоился, и, казалось, всецело заинтересовался этим разговором.