Это объясняется еще следующим. Воображаемая форма, как мы ее воображаем, — например, форма человека — иногда бывает больших размеров, а иногда меньших. Когда же эти болыпая и меныпая формы запечатлеваются, они должны запечатлеваться в одной и той же вещи, а не в ряде подобных друг другу вещей, ибо в последнем случае их различие в размере зависело бы либо от соответствующих им предметов, из коих они были приобретены, либо от приобретшей их силы, либо же от самих атих двух форм. Но от предметов, из которых они были взяты, оно зависеть не может, ибо многие воображаемые формы вообще не берутся из чего-либо. Равным образом оно не может быть отнесено ик самим этим двум формам, ибо если они совпадают друг с другом по своєму определению и сути своего бытия, но отличаются друг от друга размером, то различие это не может быть отнесено к их сущности. Таким образом, оно должно зависеть от приемника, ибо форма запечатлевается иногда в большей его части, а иногда — в меньшей. Кроме того, мы не можем, например, изобразить чер-ноту и белизну находящимися вместе в одной и той же вообра­жаемой фигуре, хотя мы можем вообразить их находящимися в разных ее частях. Если бы ати две части не отличались друг от друга своим положением и обе воображаемые формы запечатлева-лись бы в чем-то неделимом, то было бы все равно, какой из атих

466

случаев не возможен, а какой возможен. Следовательно, эти две части отличаются друг от друга своим положением.

Если ты усвоил зто в отношении воображения, значит зто ідолжно быть понятно тебе и в отношении силы догадки, воспри­нимающей свой предмет не иначе, как связанным с единичнымн рормами воображения, как мы зто разъяснили раньше.

‘ЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. О состояниях двигательной силы и об >дном виде предсказания, связанном с зтой силой

Поскольку мы говорили о воспринимающих силах среди сил животной души, нам следует поговорить о двигательной силе. Мы говорим, что животное, не испытывая никакого желания к чему-либо (ощущает своє желание или воображение или не ощущает его), не побуждается к поиску его посредством движе­ния. Однако зто желание не принадлежит какой-либо из воспри­нимающих сил, ибо силы обладают лишь суждением и воспри-ниманием и, если выносят суждение или воспринимают чувством или воображением, то нет нужды желать зту вещь. Ибо люди одинаковы в восприятии того, что ощущают и представляют, по­скольку они ощущают и представляют. Однако они различаются в отношении того, что они желают из того, что ощущают и пред­ставляют. Один и тот же человек иногда бывает разньгм в отно­шении зтого состояния, ибо он представляет себе пищу и желает ее во время голода, тогда как, будучи сытым, он не желает ее. Равным образом, тот, кто обладает хорошими нравственными ка­чествами, представляй отвратительные наслаждения, не желает их, тогда как другой желает их. Зти два состояния относятся не только к человеку, но также и ко всем животным. Желание бы-вает разньгм: слабым или настолько сильным, что требует осу-ществления, однако осуществление желания не есть желание. Ибо иногда желание чего-либо бывает очень сильным, однако оно ни в коей мере не осуществляется посредством движения, точно так же, как представление бывает сильным, но не желает того, что представляетея. Когда осуществление желания воз­можно, покоряютея двигательные силы, которым принадлежит только сокращение и распрямление мышц. Но зто само по себе не есть ни желание, ни осуществление желания. Ибо то, чему препятствует движение, не будет тем, чему препятствуют сила желания и его осуществление. Однако то, чему препятствует дви­жение, не находит покорення у других сил, которые могут только двигать, — зто те, которые находятея в мускулах. Зта сила же­лания имеет две разновидности: силу гнева и вожделеющую силу. Та, которая, желая услады и того, что представляетея прп-носящим пользу, направлена на то, чтобы привлечь все зто, есть

467

вожделеющая сила, а та, которая, вызывая желание поборений и отвергания того, что представляется неприемлемым, направ­лена на то, чтобы отвергнуть это, есть сила гнева. Иногда мы встречаем у животных склонность не к желанию, а, например, к привязанности матери к ребенку, или привязанности приру-і ченного животного к своєму хозяину. Таково же их желание/ убежать из клетки и от цепей. Ибо, пусть это и не будет вож-j делением для вожделеющей силы, все же некое устремлениа к вожделенпю для силы представлення. Сила восприятия пред-назначена для того, чтобы приводить в порядок то, что воспри-нято, и то, что обновляется посредством созерцания, а также формы, например, удовольствие, свойственное им. И когда они размыпіляют об зтом при отсутствии удовольствия, они желают этого по природе. Сила осуществления желания принимает ре-шение двигать органы в направлений удовольствия и опреде-ляет, каким образом осуществлять его — вожделением или гне-вом — с учетом того, что есть хорогпее среди разумно восприни-маемых вещей. Вожделению принадлежит степень устремления к удовольствию, а силе склонности — осуществление желания, силе гнева — степень устремления к преодолению, а силе склон­ности — осуществление этого. Так же обстоит дело и с представ-лением: ему принадлежит степень устремления, а силе склонно­сти — осуществление его. Что касается страха, печали, грусти, то они относятся к акциденциям силы гнева с участием воспри-нимающих сил: когда она слабеет, подчиняясь представленню разума или воображения, появляется страх; но когда страха нет, она становится сильной и следует печаль, за которой непременно возникает гнев, когда печаль не в силах отвести гнев, разве что появление печали не порождает страх. И радость, относящаяся к сфере поборения, есть также конечная цель этой силы. Алчность, жадность, похоть и тому подобное — все зто относится к животной вожделеющей силе, а приветливость и радость — к силам восприятия. Что касается человеческих сил, то у них бывают такие акцидентально проявляющиеся состояния, которые свойственны только им, о чем мы поговорим позже. Сила осу­ществления желания подчиняется упомянутым силам, ибо, когда усиливается их склонность, она действует. Однако все они под-чинены силе воображения. Это потому, что вообще желание по­является только тогда, когда к нему устремляется воображение. Иногда это бывает только воображение, а не желание. Однако иногда во время телесных недугов, когда природа направлена на то, чтобы одолеть их, случается так, что это движение вызы-вает необходимость возбуждения воображения. Эти силы пред-шествуют воображению при движений к тому, чего они требуют,

468

так же, как чаще всего воображение направляет силы на пред­мет воображения. Ибо сила воображения у животных главен-ствует в сфере сил восприятия, тогда как вожделение и гнев

І главенствуют в сфере двигательных сил. Сила осуществления желания следует за зтими двумя, затем следует двигательная

і сила, находящаяся в мускулах.

І Мы говорим теперь, что зти действия и акциденции, служа-щие душе, проявляютея акцидентально, пока она находится в теле, но не проявляютея без участия тела. Вот почему смеси тела изменяются при них, и зти акциденции также проявляютея с появлением смесей тела. За одними смесями следует способ­ность гнева, тогда как за другими смесями следует страсть, а за некоторыми — трусость и страх. Среди людей есть те, чья при­рода вспыльчивая, и они быстро впадают в гнев. Тот же, кто робок и боязлив, бывает трусом и быстро впадает в страх. Зти состояния бывают только при участии тела. Что же касается состоянии души с участием тела, то они разделяютея на [сле-дующие] разновидности: то, которое принадлежит сначала телу, но постольку, поскольку у него есть душа; то, которое сначала принадлежит душе, но постольку, поскольку она есть в теле; и то, которое принадлежит обойм одинаковым образом.

Сон и бодретвование, здоровье и болезнь — зто состояния тела, и их начала исходят из него; они принадлежат сначала ему; однако они принадлежат ему потому, что у него есть душа. А что касается представлення, вожделения, гнева и тому подоб-ного, то они принадлежат душе постольку, поскольку она обла­дает телом, а телу — постольку, поскольку они, прежде всего, принадлежат душе тела, хотя принадлежат душе посредством отношения к тому, что обладает телом (я не говорю по поруче-нию тела). Таковы печаль, беспокойство, скорбь и тому подоб­ное, ибо в них нет того, что проявляется в теле как таковом; однако зто суть состояния чего-то присоединяющегося к телу, которое существует только во время присоединения к телу. Они принадлежат телу со сторони: души, поскольку они сначала при­надлежат душе, хотя они принадлежат душе со сторони того, что обладает телом (я не говорю со сторони тела). Что касается недуга, то он образуется от полученного удара и от разложения смеси, ибо то, что проявляется в недуге, существует в теле, по­скольку разделение непрернвности и смеси зависит от состоя­нии тела как такового, и существует в ощущений как таковом, однако, благодаря телу. По-видимому, голод и вожделение отно­сятся к зтой категории. А страх, гнев, печаль — зто претерпева-ния, проявлягощиеся сперва у души. Гнев или печаль как та-ковие не являются претерпеваниями, являющимися причиной