*****

Я курил, и с неприязнью смотрел на соперника. Белл буквально уничтожил мою жизнь. Он открыл интересное направление в живописи и вероятно многого достигнет, как Люс Брис. Он забыл меня и забрал Леро. И теперь оба уезжают из Парижа, что окончательно добивало. Но это было не все, что хотел сообщить Эрик.

- Я передал Анри, что ты думаешь о моих работах. Он совсем не удивился и сказал, что это только потому, что ты старый завистливый консерватор.

- Что? – прыснул я.

- И еще неудачник.

- Он так сказал... – невольно произнес я.

- Нет, это уже мое мнение, хотя наверняка он так же считает. Просто Анри бережет твои чувства.

Я снова засмеялся и прижал ладонь к лицу.

- Анри бережет мои чувства! Боже… Белл, заткнись уже, я больше не могу слушать эту чушь.

- Нет, лучше я повеселю тебя еще… Ты никогда особенно не любил Бриса… Но возможно станешь любить чуточку больше, когда назову его настоящее имя. Назвать или уже понял? – засмеялся Белл, потому что я медленно оторвал ладонь от лица, и смотрел на него. - Леро не хотел предвзятого мнения, поэтому взял псевдоним. Ему было важно, чтобы оценивали работы, а не его, как обычно.

- Леро… что? Не может быть… – в полном замешательстве я смотрел на американца. - А… а… тот юноша на выставке?

- Его любовник. Леро нужен был кто – то для этой маленькой интриги. Камиль, конечно, терпит некоторые неудобства: Анри не дает ему нигде светиться, но взамен имеет полное содержание, и славу Бриса. Это должно компенсировать сдержанность, с которой он вынужден мириться.

Я вспомнил паренька, из какого – то вертепа, которого несколько раз видел с Леро, вероятно это был он. Я не узнал Камиля на выставке, повзрослев он слишком изменился. Но сейчас зная об этом, я начал видеть в нем некоторое сходство с тем красивым мальчиком.

В памяти всплыли слова Люнеля, о том что Леро когда – то рисовал, еще во времена их учебы. Рисовал… Чертов Леро, даже не намекнул ни разу. Почему?! Наверное, этот вопрос был написан у меня на лице, потому что Белл добавил.

- Анри просил никому не говорить, и тебе тоже.

- Но ты сказал.

- Было интересно, почему он не рассказал об этом именно тебе. Ты художник, как и он.

- Что у Леро в голове в первую очередь не знает он сам, так откуда мне это знать? Спроси Леро!

- Я спросил. Он сказал, что не хотел тебя этим ранить.

- Не хотел меня ранить?! Он точно это сказал, Эрик? – я нервно затянулся, пытаясь унять злость. Люсьен Брис, вот сволочь! - Когда вы вернетесь во Францию?

- Мы пока не думали об этом.

- Не думали, - повторил я едва не смеясь, - ну, да… Значит пропустишь свадьбу сестры? Она через неделю. Или забыл?

- Не забыл, и рад, что не буду присутствовать на этом фарсе. Энн даже не догадывается что ты за человек, но она тебя любит.

- И что же?

- Сам все знаешь… Еще ты спиваешься… - заметил Белл, коснувшись одной из пустых бутылок на столике. - Приведи себя в порядок хотя бы к торжеству.

- Хочешь сказать, я пьяница? – фыркнул я.

- А ты хочешь сказать «нет»? Пьешь уже неделю. Майлз передал, что ты болен, но я догадался, что это за болезнь… - у Эрика дрогнула губа. - Он даже не спросил адрес, когда я отправил его к тебе. С ним тоже…

- Тебе что?

Белл дернул плечом.

- Ничего… Будь осторожнее, Жан – Мишель. Ты и без алкоголя не контролируешь себя. А с ним совсем теряешь голову. Тебе вообще нельзя прикасаться к вину. Или это когда – нибудь плохо закончится. Хотя и сейчас ничего хорошего не вижу...

- Тебя это беспокоит?

- Да. Знаешь почему?

- Не знаю. И мне плевать!

Американец сел на диван и долго смотрел на меня. Его безоблачные, голубые глаза потемнели, а на щеках проступил легкий румянец.

- Ты мне не безразличен, Жан – Мишель… как бы ты ко мне не относился.

- Как бы не относился... - повторил я, - а как я к тебе отношусь?

- Ты меня ненавидишь.

- А у меня, что нет повода для этого? – хрипло спросил я. – Нет, Эрик?!

- Может быть и есть… Но ты думаешь что не будь меня Гийом был бы с тобой?

- Не думаю. Леро всегда был со мной, а вот свои симпатии менял довольно часто, - повторил я слова Жюстин. - Я к этому привык.

- Ну… успокаивай себя этим, - Белл хотел сказать что – то еще, но передумал. Секунду колебался, и, поддавшись порыву, поцеловал в губы.

Я не стал отстранять американца, даже когда сигарета в моей руке обожгла ему шею. Эрик вскрикнул, дернулся, но я не давал ему вырваться и держал, пока она не затухла.

- Я вот поэтому не хочу быть с тобой, урод!! – Эрик вырвался, прижимая пальцы к ране на шее.

- Я думал из – за Леро.

- Из – за Леро… Нет, не из – за Леро… В «Башне»… просто хотел тебя позлить. Не думал, что ты отправишься за нами.

- Так позлил, что переспал с ним?

- Я ушел через десять минут после тебя. Как больно!

- И вы что не…

Белл не отвечал, и растирал шею. Потом откинулся на спинку дивана и шумно вздохнул.

- Было только то, что ты видел. На следующий день Анри сам нашел меня на фабрике. Я согласился с ним пообедать. Потом… мы бродили по Парижу, поужинали в «Гроте», оказались у него и проговорили до утра.

- В постели говорили - то? – усмехнулся я, вспоминая подсвеченное окно в спальне Леро.

- Ну… в гостиной… Потом легли… - смутился Белл. - Хотели подремать, но все о чем – то болтали, так и заснули. У нас с Леро много общего. И с ним очень легко. Если бы не его странные предпочтения… Конечно, не трудно это делать, но они мешают.

- Не трудно? То есть... они тебя не смущают? – изумился я.

- Ну, немного, но Анри же нравится это.

- Ты… так любишь его?

- Люблю… нет… Леро мне нравится. Он любит меня. Это важнее. И я совсем не хочу превращаться в тебя, Жан – Мишель.

- Что это значит?

- Значит то, что не хочу все время сидеть на твоем поводке, и ждать, когда понадоблюсь. Если вам нравится эта игра с Леро, то мне она надоела, - Белл смахнул волосы с лица, и усмехнулся. - После того, что я видел в тот интересный вечер… никак не мог понять ваших отношений. Анри объяснил.

- Что тебе объяснил Анри? - переспросил я тихо.

- Он вытирает о тебя ноги, а ты получаешь удовольствие. Знаешь, я даже не подозревал о такой твоей стороне. Кстати, чем все закончилось? Ты пролетел мимо как пуля, а Леро почему - то не захотел рассказывать. Хотя и так же ясно… - улыбнулся Белл. - Долго отмывался, или…

Короткий удар помешал ему договорить. Американец слетел с дивана, довольно неудачно, врезавшись лицом в край стола. Эрик вскрикнул, но стих, когда я поставил колено ему на шею.

- Это мои с ним отношения и не надо было тебе в них влезать!!

- А чего… так злишься... раз все устраивает? - Белл говорил с трудом, но лучше бы он вообще этого не делал. Я был в шаге от того, чтобы свернуть ему шею. – Значит, не все?

- Да, не все – ты! Если бы не ты, все было бы как раньше. Как раньше… - прошептал я, дрожа от ярости.

Нажми я чуть сильнее, и услышал бы, как хрустят позвонки. Желание было настолько сильным, что я больше не мог его подавить. Похоть, которую я испытывал при этом, еще несколько минут сдерживала от его исполнения.

*****

Голос Леро в приемной, заставил приблизиться к двери. Я не вышел, только слегка ее приоткрыл, чтобы видеть, что там происходило. Кабинет Эрика был заперт, место Томаса пустовало, и Гийом безуспешно подергав дверную ручку, развалился на диванчике. Я понял, что он еще ничего не знает.

Майлз вышел из – за своего стола, и, встав посередине зала, беспокойно теребил манжеты.

- Месье Леро...

- Я подожду Эр... мистера Белла. Он скоро придет? – Гийом достал из кармана карандаш и мятый листочек.

- Месье Леро... Вы… Разве вы не знаете? Вы не знаете… – неловко бормотал Джерри, глядя как Леро быстро что – то записывает.

- Что не знаю? Забуду если не…

- Месье Леро… Мистер Белл… Наш Эрик… он… он… - голос Джерри стал настолько тихим, что я едва его слышал, и последние слова донеслись лишь до Леро.

Карандаш в руке поэта застыл, и он поднял голову.

- Что?

- Его… убили…

Леро испуганно смотрел на Джерри, словно надеясь, что просто не понял его.

- Эрика… Убили Эрика? - повторил он почти робко. Бумажка слетела с колена, он медленно встал. - Мальчик… я не понимаю… Ничего не… Как…

- Это случилось два дня назад в квартале Марильи. Его задушили и ограбили в каком - то переулке. Убийцу поймали. Говорят, это связано с убийством актера Эмиля Прежана. Это так ужасно, месье Леро, - выдохнул Майлз. – Мы... мы до сих пор не можем поверить, что Эрика больше нет... Кажется, что…

Гийом схватил Джерри за плечи.

- Ты что такое говоришь? Что ты говоришь?! Да, что Эрику делать в Марильи?! В этой клоаке?! - Леро уже кричал, и почти тряс бедного Джерри, будто тот мог что – то изменить. – Что ему там делать?! Это не он! Нет! Не мой Эрик! Я тебе не верю!! Этого не может быть! Не может… не может…

Обхватив лицо ладонями, Гийом повторял одно и то же, пока, наконец, не затих.

Он любил американца, хотя знал всего несколько месяцев. Впрочем, время не играло в этом никакой роли.

- Пожалуйста, м…месье Леро… присядьте… - Майлз пытался усадить Гийома на диван, но он не давал этого сделать.

- Когда… это случилось… Два дня назад… В воскресенье? Когда, мальчик?!

- Да. Мы… узнали вчера. Это удар для всей семьи. Эрика все так любили. Его дядя даже… О, Месье Леро!! – испуганно вскрикнул Майлз. Гийом должно быть побледнел, потому, что теперь его держал Джерри, а не наоборот. - Умоляю, присядьте, я принесу вам воды… вы…

- Не надо… - отмахнулся он, - нет!

- Вы упадете… пожалуйста… месье… - Джерри еще что – то сказал, но Гийом точно ничего не слышал, немного постоял и нетвердой походкой направился к выходу.

Майлз проводил его взглядом. Потом поднял листочек и карандаш, выпавший из руки поэта, и слабо улыбнулся строчкам, которые так и остались недописанными.

Я закрыл дверь. Лег на диванчик в углу, я так и не завел новый, и кажется, уже этого не сделаю, и попытался закурить. Пальцы дрожали, и я ронял сигарету за сигаретой, пока, наконец, не справился со своей задачей.

После содеянного, я не испытывал леденящего ужаса, как в номере «Де Марс» пять лет назад. Но мне было страшно. И страшно ни от того, в кого я превратился всего за несколько лет, или что не способен остановиться, когда гнев и желание переполняют душу, а от того, что уже не хотел этого.