Тем не менее на вечер у нас было запланировано большое барбекю. И там должен был быть ее отец, а еще Винни и Эд. Они оба стали одной семье после того, как Бенни поселился в их сердцах. Наверное, для них он стал кем-то вроде нового сына или внука, о котором надо заботиться. Также собиралась прийти Эйприл со своими родителями, и когда я пригласил своего отца и Лорель присоединиться, то они тоже очень загорелись желанием прийти. Вечер обещал быть важным событием и помог бы Блу напрочь не думать о следующем дне.

Когда мы остановились у школы Бенни, его лицо засияло и он, закинув свой рюкзак в кузов грузовика, забрался к нам внутрь. Он сбивчиво начал рассказывать, как прошел его день: какой-то придурок приставал к его подружке, которая хотя и была девочкой, все же не была его девушкой. Его слова вызвали у нас смешок. Очевидно, тот придурок пристал к так называемой подружке, поэтому ему пришлось вмешаться. Я чертовски обожал этого мальчугана, и легко мог представить, как он вступается за школьную тихоню.

— Ремень, — напомнила ему Блу, как только я завел машину и отъехал с обочины. Он болтал на протяжении всего пути до Хай-Ви.

Я взглянул на Блу, которая виновато улыбнулась мне, но мне действительно было все равно. Этот ребенок был как младший брат, которого у меня никогда не было. К тому же он был чертовски классным.

Блу схватила тележку для покупок, но я взял ее и постучал колесами об пол; на какое-то время я нахмурился, но затем почти сразу улыбнулся. Бенни понял, к чему я клонил, и это вызвало у меня смешок. Мы все хохотали, когда увидели, как шестидесяти-четырехлетняя Миссис Палмер, задыхаясь, едва поспевала за своими пухлыми старыми ногами, уносившими ее прочь.

— Бен, веди себя прилично. — Словам Блу не хватало уверенности.

Бен вскинул руки вверх и пожал плечами, на что я покачал головой и поторопил его шагать вперед. Нам надо было успеть сделать кучу дел, прежде чем гости начнут подходить на барбекю.

После того, как город пожертвовал средства, отец Блу перестал брать каждую вакантную смену. Тем не менее, его смена заканчивалась не раньше, чем через полтора часа, поэтому нам самим пришлось все подготовить, а значит, нам надо было поторопиться.

Ходить по магазинам, будто мы были семьей, не укладывалось в моей голове, но вообще я наслаждался всем этим. Даже после очередного неодобрительного взгляда за езду между рядами, на что меня подначил Бен.

Мы заплатили за товары, погрузили их в машину и отправились домой. Наши задания были выполнены, поэтому все было готово. Мы опять выглядели как семья, когда я разжигал гриль и наблюдал, как солнце окутывало Блу своим сиянием, одетую в красное летнее платье. Она расставляла на стол графины со сладким чаем; ее длинные волосы спадали вниз по спине и переливались в солнечном свете. Я знал, что в один прекрасный день она будет делать все это в нашем собственном доме. И это будут уже наши дети, бегающие вокруг и ищущие свои подгузники. Это должно было пугать меня, но напротив доставляло мне тот покой, который я желал, и новую надежду, что все будет хорошо.

Вон и Бенни что-то замышляли. Они продолжали обмениваться взглядами через весь стол, и я начала опасаться, что они, наконец, доделали свою ловушку и готовы были воплотить свой дьявольский план. Сегодня Эйприл была не в настроении, что было еще хуже. Мне кажется, что они с Картером поссорились, потому что, когда я спросила, где он, то она пожала плечами и перевела тему разговора. Она выглядела уставшей и она сменила стиль одежды, надев обычные джинсовые шорты и футболку «Грин-Бей Пэкерс», что вовсе не походило на нее.

Я была так поглощена своей собственной жизнью и новой любовью, что пренебрегла своей лучшей подругой. Я облажалась. Я терпеть не могла то, что она не делилась со мной своими страданиями. Я не знала, было ли это, потому что она не хотела портить мое настроение, или она была раздражена из-за того, что не идет со мной завтра. Чтобы это ни было, я беспокоилась, и это убивало меня.

— Эйприл, не хочешь прогуляться, прежде чем мы подадим пирог?

Ее рот приоткрылся, словно она хотела что-то сказать, но ее прервал Бенни, который звал ее с кухни. Обычно она выкрикнула бы что-то типа «чего надо, тупица?», но сегодня она улыбнулась мне, встала из-за стола и быстро направилась в сторону кухни. Именно тогда, когда я услышала ее крик, мои опасения воплотились в реальность.

Когда на кухне стало тихо, мы все поторопились туда, на ее крики и ругательства в адрес моего брата. Ее грязный рот мог заставить покраснеть весь морской флот.

Отец появился первым на месте преступления, во всяком случае, я так его называю. Эйприл вся была в чем-то похожем на взбитые сливки. Дверца холодильника была открыта, и из него разбрызгивались сливки, которые разлетались по кухне, но в основном, попадали точно в Эйприл. Думаю, каким-то образом Бенни, и скорее всего, не без помощи Вона, подстроили так, чтобы сработал диспенсер со сливками в момент, когда она открыла дверцу. Обычно я бы стала хохотать вместе со всеми, но Эйприл и так уже была на грани... и тогда мне уже стало страшно за Бена, лицо которого раскраснелось от заливистого смеха в углу.

Я готова была уже схватить Эйприл и потрясти, но в следующую секунду она засмеялась. Я стояла в нерешительности, не зная, что делать, но когда она попросту расхохоталась, я не выдержала, ведь передо мной возникла все та же старая Эйприл. Хоть она, скорее всего, позже надерет зад моему брату, но сейчас мы вместе наслаждались этим моментом.

Эйприл Гиллеспи попалась в ловушку, которая была ей намного нужнее, чем объятия и болтовня со своей двоюродной сестрой.

Вон обхватил меня руками, и я взглянула на него, обнимая в ответ.

— Спасибо, — прошептала я, — Сегодняшний вечер был замечательный. Все ладили друг с другом, будто бы мы одна большая семья. Проблемная, конечно, но все же семья.

— Такова и была задумка.

Я обернулась в его руках и поцеловала его в подбородок.

— Ты видел наших отцов и Лорел? Я не видела, чтобы мой отец пил пиво с кем-нибудь уже очень давно. Я думала, что уже все потеряно, но это не так.

Он улыбнулся, но это была не та улыбка, которую я любила.

— Я рад, что твой отец может проводить время с тобой и Беном. И то, что ты наслаждалась сегодняшним вечером, делает меня еще счастливее. Это все для тебя, Блу, — он кивнул в сторону друзей и членов семьи, которые были на кухне. Пока Винни и Лорел отчищали Эйрилл и кухню от разбрызганного крема, тетя Джун ругала Бенни, стоявшего рядом с папой. Они оба старались не ухмыляться, и мне пришлось сдерживать себя, чтобы не засмеяться. Мистер Кэмпбелл и Эд вместе с пивом и сладким чаем вернулись на улицу, болтая о футболе. Именно так я представляла себе семью, и все благодаря Вону. У меня было все это, и за все это я была обязана одному человеку.

Я снова обернулась, дотянулась до него, обнимая и целуя его в приоткрытый рот. Поцелуй был страстный, и я целовала его до тех пор, пока папа не начал прочищать горло, что заставило Вона отпрянуть.

Вон занервничал, но я взглянула на папу и проигнорировала его напряженное и покрасневшее лицо.

— Папочка, я собираюсь выйти замуж за этого парня, поэтому к таким поцелуям тебе придется привыкнуть.

У Вона перехватило дыхание. Я не думаю, что причиной тому был факт моего желания выйти за него, а потому, что я сказала об этом своему отцу, который, однако, стоял и улыбался. От удивления его глаза расширились так, что стали напоминать блюдца, но он был счастлив от того, что теперь у меня появилась новая отдушина в жизни, хотя и временная. Впервые за долгое время я стала наслаждаться жизнью с большей силой, и он видел это и понимал, что все это было благодаря одному юноше, который стал особенным, как в моей, так и в его жизни.