С 82. Письмо Геккерна писалось по-французски. Третий абзац переведен Щеголевым с ошибками. Приводим часть его в переводе, помещенном в статье М. И. Яшина: „Как вам известно, милостивый государь, все происшедшее по сей день совершалось через вмешательство третьих лиц. Мой сын получил вызов; принятие вызова было его первой обязанностью, но, по крайней мере, должны были бы сказать ему, ему самому, по каким мотивам его вызвали" (Яшин. Хроника. No 8. С. 177).

С. 83. В письме Жуковского слова Геккерна приведены по-французски. Щеголев датирует письмо Жуковского 10 ноября. М. И. Яшин, основываясь на днях дежурства Дантеса, считает, что оно было написано 11-го утром. Этому противоречит запись от 10 ноября в конспективных заметках Жуковского: „Молодой Геккерн у меня. Я отказываюсь от свидания".

С. 83~84. «Что Пушк сказал Александрине». С. JI. Абрамович объясняет эту запись Жуковского так: „В настоящее время, когда многое прояснилось, мы можем с достаточной долей уверенности прокомментировать эту запись <...>. Все дело в том, что Александрина в те дни могла спокойнее, чем кто-либо иной в доме, говорить с Пушкиным о предполагаемом браке Дантеса. И от Пушкина она, видимо, услышала то, что потом он говорил по этому поводу всем. Вероятнее всего, он сказал Александрине, что все это обман, затеянный для того, чтобы избежать дуэли, что брак этот не состоится, а Екатерину слухи о сватовстве только ославят в свете, и репутация сестер еще больше пострадает" (Абрамович. С. 120).

С. 86. Это письмо Жуковского в академическом издании датируется 11—12 ноября (Акад. Т. 16. С. 185—186). С. Л Абрамович датирует его !4 ноября (Абрамович. С. 123).

C. 87. Второе письмо Жуковского в академическом издании датируется 14—15 ноября (Акад. Т. 16. С. 186—187), С. Л Абрамович датирует его ранним утром 16 ноября (Абрамович. С. 124). Слова, сказанные Пушкиным В. Ф. Вяземской, в подлиннике приведены по-французски. Говоря о „подвигах Раевского", Пушкин имел в виду публичный скандал, который устроил Ал. Н. Раевский Е. К. Воронцовой в 1828 году, когда вынужден был покинуть Одессу по просьбе М. С. Воронцова, ревновавшего его к жене. П. А. Бартенев, со слов

B. Ф. Вяземской, записал: „С княгиней он был откровеннее, чем с князем. Он прибегал к ней и рассказывал свое положение относительно Гекерна" (П. в восп. 1974. Т. 2 С. 163). Накануне дуэли Пушкин напомнил Вяземской об этом разговоре: „Я уже вам сказал, что с молодым человеком мое дело было окончено, но с отцом —дело другое. Я вас предупредил, что мое мщение заставит заговорить свет" (Бельчиков Н. Неизвестное письмо В. Ф. Вяземской о смерти Пушкина/Новый мир. 1931. N° 12 С. 188—193). Сопоставление с “громкими подвигами Раевского" свидетельствует, что Пушкин задумал публичное оскорбление Геккерна.

С. 89. в одном черновике... Щеголев цитирует первоначальный проект письма к В. А Соллогубу от 17 ноября, в котором Пушкин соглашается взять обратно вызов, посланный Геккерну. Переводится этот отрывок так: „За то, что он вел себя по отношению к моей жене так, как мне не подобает допускать (в случае, если господин Геккерн потребует указать причину вызова)" (Письма последних лет.

C. 199). В окончательном тексте письма эта фраза убрана.

С. 90. Пушкин посылал Соллогуба к д’Аршиаку, потому что 18 ноября истекала двухнедельная отсрочка, данная им Геккерну, и в связи с этим секундант Дантеса д’Аршиак посетил Пушкина.

С. 90. Е. Н. Гончарова, как невеста, могла быть в белом платье, хотя официально помолвка была объявлена только на следующий день, 17 ноября, на балу у С. В. Салтыкова, после того, как с помощью секундантов конфликт между Пушкиным и Дантесом был улажен и поэт взял свой вызов обратно. До этого дня все, знавшие о вызове Пушкина и о возможном его завершении, обязались хранить полное молчание (см. выше письмо Жуковского к Пушкину, с. 85—86 наст. изд.). Только после официального объявления Е. А и С. Н. Карамзины решились написать Андрею Карамзину о свадьбе и о всех предшествующих событиях в доме Пушкина (письмо от 20—21 ноября 1836 г., см. наст, изд., с. 478). Пушкин продолжал по-дружески относиться к свояченице. Аммосов, со слов Данзаса, записал: „Со свояченицей своею во все это время Пушкин был мил и любезен по-прежнему и даже весело подшучивал над нею по случаю свадьбы ее с Дантесом. Раз, выходя из театра, Данзас встретил Пушкиных и поздравил Катерину Николаевну Гончарову, как невесту Дантеса; при этом Пушкин сказал шутя Данзасу:

— Ма belle-soeur ne sait pas maintenant de quelle nation elle sera: Russe, Fran9aise ou Hollandaise?! <Моя свояченица не знает теперь, какой она будет национальности: русскою, француженкою или

голландкою>“ (П. в восп. 1974. Т. 2 С. 322).

С. 91. В записке Соллогуба „Нечто о Пушкине" еще раз передается этот эпизод. После слов Дантеса „Я человек честный" там следует: „Разговор наш продолжался долго. Он говорил, что чувствует, что убьет Пушкина, а что с ним могут делать, что хотят:

на Кавказ, в крепость, — куда угодно. Я заговорил о жене его.

- Mon cher, c’est une mijauree (Мой милый, это жеманница).

Впрочем, об дуэли он не хотел говорить.

- J’ai charge de tout d’Archiac, je vous enverrai d’Archiac ou mon рёге (Я все поручил д’Аршиаку, я пришлю к вам д’Аршиака или моего отца).

С Даршиаком я не был знаком. Мы поглядели друг на друга. После я узнал, что П. подошел к нему на лестнице и сказал: „Vous autres Franfais, - vous Stes tres aimables. Vous savez tout le Latin, mais quand vous vous battez, vous vous mettez a 30 pas et vous tirez au but. Nous autres Russes - plus en duel sans... <пропуск в рукописи> et plus il doit etre feroce” (Вы, французы, вы очень любезны, все вы знаете латынь, но, когда вы деретесь на дуэли,

вы становитесь в 30 шагах и стреляете в цель. Мы же, русские,—

чем поединок без... тем он должен быть более жестоким).

На другой день —это было во вторник 17 ноября —я поехал сперва к Дантесу. Он ссылался во всем на д’Аршиака. Наконец сказал: „Vous ne voulez done pas comprendre que j’epouse Catherine. P. reprend ses provocations, mais je ne veux pas avoir l’air de me marier pour eviter un duel. D’ailleurs je ne veux qu’il soit prononce

un nom de femme dans tout cela. Voila un an que le vieux (Heckeren)

ne veut pas me permettre de me marier» (Вы, кажется, не хотите понять, что я женюсь на Катрин. Пушкин берет назад свой вызов, но я не хочу выглядеть так, как будто женюсь, чтобы избежать поединка. Причем я не хочу, чтобы во всем этом деле было произнесено имя женщины. Вот уже год, как старик <Геккерн> не хочет позволить мне жениться) (Я. в восп. 1974. Т. 2 С. 486—487).

С. 91—92. Из четырех названных документов известны только тексты первого и четвертого. Вызов Пушкина и „записка посланника" до нас не дошли.

С. 93. Щеголев прав: это не черновик, а копия, находившаяся в бумагах П. В. Анненкова и принятая И. А Шляпкиным за черновик.

С. 95. биться об заклад, что свадьбы не будет... Ср. в письме С. Н. Карамзиной к брату на с. 509 наст. изд.

С. 96. Князь! Г-жа Гончарова, спрашивая у ее императорского величества милостивого позволения на ее брак с г-ном бароном Геккерном, нижайше просит Вас оказать ей любезность и подтвердить его, сообщив княгине Долгорукой и т. д. {фр.).

С. 96. Письмо С. Н. Карамзиной от 20 ноября см. с. 478—479.

С 97. Среди прочего утверждают, что Пушкин получил по городской почте диплом с 3oj :анный самыми

заметными лицами высшего

которые пишут ему, что онз , , приняв столь

знаменитого человека в свой круг, и спешат послать ему этот диплом как члену их общества <...> и что вследствие этого устроился брак г-жи Гончаровой. Что же касается других версий, я их берегу, чтобы было что рассказать вам, когда мы увидимся {фр.).

С. 98. Щеголев цитирует обрывки разорванного Пушкиным письма Геккерну от 21 ноября 1836 г. Текст этого письма был реконструирован Н. В. Измайловым (см.: История текста писем Пушкина к Геккерну/Летописи Гос. Лит. музея. М., 1936. Кн. 1. Пушкин. С. 338— 357) и Б. Казанским (см.: Письмо Пушкина Геккерну/Звенья. 1936. Т. 6. С. 5—93). Приводим перевод первой черновой редакции этого отрывка в чтении Измайлова (подлинник был разорван на 16 кусков, из которых 5 утрачено): „2 ноября у вас был [от] с вашим сыном [новость <...> доставила большое удовольствие. Он сказал вам] [после одного] вследствие одного разговора <...решен>, что моя жена