Глава 6

Второй год обучения для Дэнни не сильно отличался от первого – все та же учеба с утра до ночи, перемежаемая редкими вылазками на полигоны Ханто, все те же ровные дружеские отношения со всей группой. Впрочем, за небольшим исключением – из своей небольшой комнаты на четвертом этаже общежития юноша перебрался к Нике, выбившей у руководства академии большую комнату на первом этаже, которая, вероятно, когда–то была предназначена для проживания нескольких студентов. Девушка не признавалась, во что ей это обошлось, однако комнату она обставила шикарно и со вкусом, разместив в ней не только большую двухместную кровать, но и различные шкафчики, и пуфик с зеркалом, и даже миниатюрный кухонный столик с синтез–аппаратом для быстрого приготовления пищи из брикетов–полуфабрикатов – на случай, если будет лень ходить по вечерам в столовую. Переселение Дэнни в устроенное Никой гнездышко на двоих проходило в форме ультиматума, так что юноше пришлось подчиниться. Впрочем, он особо и не возражал, тем более что Ника ни о каких серьезных отношениях пока не заговаривала, видимо, удовлетворившись гражданским браком – так, кажется, подобную совместную жизнь называли в империи. Правда, жизнь под одной крышей с девушкой резко сократила количество свободного времени, которое Дэнни посвящал развитию своего магического резерва – делать подобное на виду пусть и своей женщины, но пока не входящей в его клан, юноша не хотел. Он и так не слишком сильно соблюдал меры безопасности, в результате чего, пусть и вынуждено, но о его уникальных способностях знало уже как минимум двое посторонних людей, а к посторонним Дэнни причислял всех, кто не родился на Нате. Однако и здесь юноша нашел выход – он взял за правило перед сном проигрывать в своей голове виртуальные эксперименты – что бы он сделал и что в результате должно было у него получиться. А уже получившиеся результаты проверял на практике. Подобное вскоре вошло у юноши в привычку – имперской науке он учился днем, в академии, а магии – во сне. Иногда в его голове сами собой всплывали ответы на заданные им вопросы – при условии, что эти вопросы оказывались правильно заданы. Проводимые вдогонку на полигонах эксперименты, призванные подтвердить правильность найденных во сне решений, как ни странно, показывали, что во сне тоже можно учиться, причем качество обучения оказывалось едва ли не лучше, чем в реальности. Почему так получалось – юноша не знал, но решил пока просто пользоваться полученными результатами, а о причинах подумать потом. Постепенно поездки на полигоны Ханто почти совсем прекратились – Дэнни летал туда не чаще одного–двух раз в месяц. Высвободившееся время юноша тратил на дополнительные медитации, которые проводил в храме Одина на Окане – перемещался в пределах планеты он абсолютно свободно. Возможно, Дэнни вообще прекратил бы посещения полигонов Ханто, если бы не вторая девушка – Иния, наравне с Никой не отходившая от него ни на шаг. И если вечерами и ночами юноша оставался вдвоем с Никой, то на занятиях Иния ее подавляла, проявляя завидную настойчивость. Постепенно Дэнни с ужасом начинал осознавать, что ему нравятся обе девушки – и ласковая, нежная, тихая и застенчивая Ника, и яркая, броская, вызывающе красивая Иния. Возможно, он когда–нибудь и объяснил бы Инии, что выбор им уже сделан, однако смелости у него на подобное признание не хватало, а Ника, кажется, ничего не имела против Инии. Или по крайней мере не подавала вида…

Вот и в очередной раз после ужина, завладев вниманием Дэнни, Иния уговорила его объяснить несколько непонятных для нее моментов, необходимых для курсовой работы, для чего сразу же утащила юношу в библиотеку, как уже делала до этого несколько раз. Ника, недовольно фыркнув, отправилась в общежитие одна, сказав напоследок, чтобы они там долго не задерживались. Пообещав, что вернется сразу же, как только разберут непонятную для Инии тему, Дэнни подхватил девушку под руку и направился в библиотеку.

Библиотека в это позднее время оказалась почти пуста, а через некоторое время Иния и Дэнни вообще остались в ней вдвоем. Разбор сложного задания неожиданно увлек и Дэнни, и Инию – тема действительно оказалась насыщена белыми пятнами и спорными моментами. Дэнни постоянно обращался с запросами к искину, извлекая из забытых архивов академии массу интересных и незаслуженно забытых теорий. Возможно, они отложили бы дальнейший разбор темы на завтра, но Иния предусмотрительно захватила с собой мясные пирожки, взятые ею из столовой. Так, листая электронные страницы терминала и периодически жуя, они продирались через запутанные формулы древних теоретиков–ученых. Иногда Дэнни даже не замечал, что, разбираясь в хитросплетениях теоретических выкладок, он машинально, открывая рот, ест очередной протянутый девушкой пирожок. Очнулся Дэнни от того, что, опустив взгляд с терминала вниз, на очередной тянущийся к его рту кусочек лакомства, он увидел и сам пирожок, зажатый двумя изящными женскими пальчиками, и наклонившуюся к нему девушку, и полную тугую грудь, выпирающую из–под неплотно прилегающего платья. Заметив брошенный юношей взгляд и краску, залившую его лицо, Иния, облизав свои губы естественно–небрежным движением языка, заставившим Дэнни судорожно сглотнуть, томно прошептала:

– Нравится? Хочешь попробовать?

И плавно, прогнувшись, как кошка, одним движением сбросила с себя платье. Дыхание юноши, остановившего свой взгляд строго на уровне обнаженной женской груди, перехватило – из одежды у девушки под платьем не было ничего. От слова совсем…

Увидев, что Дэнни замер, не в силах пошевелиться, Иния сама стала снимать с него одежду, сопровождая его раздевание мурлыкающим голосом:

– И чего ты испугался? Неужели меня? Не бойся, дорогой, я не страшная! И совсем не хуже Ники!

После чего, раздев юношу и опрокинув его в кресло, уселась сверху, впившись жадным поцелуем в его губы. Дэнни неожиданно для него самого вдруг захлестнуло дикое желание, кровь прилила к вискам, в голове помутилось, вожделение нахлынуло сметающим все преграды потоком, и то, что произошло дальше, он уже помнил плохо. Опрокинув девушку на пол, юноша уже не мог остановиться. И даже хорошо, что они предварительно разделись, иначе от одежды остались бы одни клочки. Сколько раз пара сливалась в экстазе? Три, четыре, пять… Дэнни не помнил, все происходящее с ним как будто подернулось туманом. Словно какое–то наваждение… Их соитие было похоже на бурю, на ураган, на шторм, и ничем не напоминало ласковый, нежный и по–своему целомудренный секс с Никой.

Угомонились любовники лишь глубокой ночью. Уставшие и обессиленные, они оделись и вышли из библиотеки, медленно направившись к общежитию. На пороге общежития Иния, задержав Дэнни, на прощание впилась в его губы страстным поцелуем, обхватив голову юноши руками и жадно проникая своим языком прямо в его рот. Насладившись поцелуем, девушка томно мурлыкнула:

– Спокойной ночи, мой мальчик…

– Ага, какая тут спокойная ночь, – потерянно пробормотал Дэнни, – как я про все Нике расскажу?

– Да не переживай ты так! – рассмеялась Иния – я сама ей все расскажу. Ты мой, Дэнни! Так и передай это своей Нике!

***

Ника не спала, терпеливо дожидаясь Дэнни в кресле с книжкой в руках. Увидев виноватое лицо юноши, она спокойно сказала:

– Ничего не говори, все разговоры завтра. Сейчас иди в душ и ложись спать.

Вернувшись из душа, юноша увидел накрывшуюся одеялом Нику, лежащую на своей половине кровати, после чего молча разделся и лег, оставив тяжелый разговор на утро. Сон, как ни странно, пришел к нему сразу же – сказался продолжительный любовный марафон с Инией.

Утром Дэнни проснулся от одуряющего аромата свежезаваренного чая. Повернувшись на бок, он увидел закутавшуюся в домашний халат девушку, сидящую в кресле с дымящейся кружкой. Вторая кружка, испускающая легкий пар, стояла на низком журнальном столике рядом с креслом. Заметив, что юноша проснулся, Ника приглашающим жестом указала на второе кресло рядом со столиком, добавив:

– Вставай, чай уже готов.

Дождавшись, пока Дэнни усядется в кресло, возьмет чашку и сделает первый глоток, девушка продолжила:

– Значит, Иния все же тебя получила… Что ж, конкурировать с будущей императрицей я не в силах и поэтому вынуждена отступить.

– Ника, я был неправ и прошу меня простить…

– Не извиняйся, Дэнни, по большому счету ты не виноват. Сопротивляться представителям императорской династии невозможно – так или иначе они все равно получают все, что хотят. Да и будущее в качестве мужа императрицы более привлекательно, чем совместная жизнь с простой девушкой из рядового клана.

– Дорогая, я клянусь, что не собирался проводить эту ночь с Инией. Я действительно хотел лишь помочь ей в изучении очередной темы, как делал это и раньше. Все произошло случайно…

– Дэнни, не оправдывайся. Я верю, что ты не собирался спать с Инией. Верю, что это произошло случайно – для тебя, разумеется. Вот только не для этой стервы. Она, я уверена, все спланировала заранее. Проанализируй в своих мыслях события этой ночи, и сам согласишься с тем, что я права.

Слушая девушку, Дэнни анализировал прошедшее, и как будто заново переживал и томный, соблазнительный голос Инии, и полные груди в опадающих складках платья свободного фасона, так легко, одним движением сброшенного с плеч, и отсутствие нижнего белья на теле девушки… Ника оказалась со всех сторон права – Иния заранее готовилась к этому вечеру, и целью похода в библиотеку являлась вовсе не учеба, а его, Дэнни, соблазнение. Оставалось только выяснить, зачем это нужно Инии, и решить, что теперь ему делать дальше. Ника ему нравилась, и бросать девушку он не хотел. Вот только в его жизнь яркой кометой уже ворвалась Иния, и воспоминания о прошедшей ночи говорили юноше – ее он тоже не бросит. Кажется, он впервые в жизни влюбился, и не важно, что первый шаг к сближению сделал не он. Ведь, если Иния сама пошла на этот шаг, значит, Дэнни ей тоже нравится? Если бы не Ника, юноша уже сейчас сделал бы Инии предложение…