Женщина выглядела ослепительно – одетая в роскошное платье, призванное подчеркнуть все прелести ее совершенной фигуры, она казалась сошедшим с небес идеалом красоты. Ее роскошные длинные волосы были убраны в замысловатую высокую прическу, волнами ниспадая на плечи и подчеркивая изящную шею. Тонкую талию охватывал изысканный пояс, подчеркивающий и широкие бедра, и высокую грудь. Длинные ноги женщины скрывали ниспадающие волны тонкой облегающей ткани, обрисовывающие их стройные контуры и оставляющие мало места для воображения. Улыбнувшись, Иния прямо с порога обратилась к Дэнни:

– Дорогой, руководство клана ждет тебя на церемонию посвящения. Пошли, времени у нас не так много.

– Какого посвящения, любимая?

– Посвящения тебя в клан Торуга, разумеется. Мы же с тобой уже говорили, что Нику целесообразнее принять в мой клан – это нужно для того, чтобы назвать ее моей сестрой. Тогда, если мы с ней станем сестрами, пусть и названными, совет кланов благосклонно отнесется к тому, что ты женишься на нас обоих одновременно. Особенно если и ты тоже будешь Торуга. Все же наш официальный брак – далеко не самое рядовое событие в империи. Рано или поздно я стану императрицей, а прошлое императрицы должно быть безупречным. Ты что, забыл? Я же тебе неоднократно рассказывала о традициях империи…

– Иния, подожди, не спеши. По поводу Ники мы действительно говорили о подобной возможности, но относительно вхождения в клан Торуга меня я так и не дал своего согласия. Мы тогда вообще не приняли никакого решения.

– Да? Но мое решение о проведении церемонии официального бракосочетания ты, помнится, одобрил.

– А почему я должен был возражать против официального брака? Ты, как и Ника, фактически моя жена, ты мать моего ребенка, почему я не должен сделать наши отношения полностью законными?

– А потому, дорогой, что, как будущая императрица, я должна думать о последствиях подобного решения. Официальный брак императрицы должен быть проведен безупречно. Официальными супругами императриц уже тысячи сол становились исключительно Торуга, это давно уже стало даже больше, чем традицией, а я неоднократно рассказывала тебе об истории и традициях империи. И вторая жена у мужа императрицы, согласно тем же традициям, должна быть Торуга, причем состоять со мной в близких родственных отношениях, чтобы всем в империи с первого взгляда было понятно – ты женишься на нас обоих потому, что мы неразрывны. Если, конечно же, ты не собираешься брать Нику второй женой. Впрочем, и в этом случае и ты, и она тоже должны быть Торуга.

– А если я не соглашусь менять клан?

– Брака не будет, дорогой. Как бы я тебя ни любила, но мы не сможем быть вместе. С болью в сердце я покину тебя. Ты больше никогда не сможешь обнять ни меня, ни своего сына.

– А при чем здесь сын?

– Мой сын – Торуга, и он останется в моем клане, что бы ты ни говорил. Выбирай – или ты вступаешь в мой клан и занимаешь в нем достойное тебя место – по правую руку от будущей императрицы, – или мы будем вынуждены расстаться, как бы я этому ни противилась. Когда речь идет об имперском троне, личные чувства простых людей никому уже не интересны. Империя – превыше всего. Однако я, признаться, не понимаю твоих сомнений – для тебя что, власть, которую дает императорский трон, всего лишь пустой звук? Поверь, любой мужчина в империи был бы счастлив принять подобное предложение. Я ведь предлагаю тебе стать вторым лицом в империи – твоя власть окажется лишь немногим меньше, чем моя. Разумеется, все это случится лишь после того, как я стану императрицей, но разве подобное не стоит…

Перебив ее, юноша достаточно резко ответил:

– Превыше всего для меня – моя честь. Она дороже жизни, и я не смогу предать свой клан даже ради перспективы будущей власти над империей. Что мне эта власть? Что она мне даст?

– Она даст тебе меня. Она даст тебе сына…

– Власть отнимет у меня и тебя, и сына. Власть манит тебя призрачным могуществом, застит глаза и дает ложные цели. Иния, я ведь люблю тебя! Зачем, ну зачем тебе этот трон? Давай все бросим и удалимся вместе в какой–нибудь отдаленный уголок, где нас не смогут отыскать твои соклановцы. Там мы будем жить мирно и счастливо, одной семьей – Ника, ты и я. Я давно об этом мечтал! Мы построим свой собственный дом и станем растить наших детей, я буду работать…

– Мирно и счастливо, говоришь? Одной семьей? Отказавшись от трона императрицы и всю свою жизнь посвятив дому и рождению детей? Вместе с этой сучкой? Да за кого ты меня принимаешь, делая мне подобное предложение? Ты, со всеми своими мечтами, даже не наивен, нет! Дэнни, да ты просто жалок! У моих ног будет лежать великая империя, а не та убогая лачуга, которую ты сможешь для меня построить, и в которой я, по твоему мнению, должна буду провести всю свою оставшуюся жизнь, гремя на кухне посудой и воспитывая детей. Я предложила тебе место рядом с собой из жалости – пусть ты ничего из себя не представляешь, но ты все–таки отец моего ребенка. Не хочешь – настаивать не буду, я отлично умещусь на троне и одна, без тебя, а у моих ног станут валяться, моля уделить им хотя бы краткий данг моего внимания и благосклонности, миллионы самых прекрасных мужчин империи. Да, я сама предложила тебе брак, но мужчина из другого клана мне не нужен. Ты собирался жениться на Нике? Ну, так катись к ней! Я отказываюсь от брака с тобой!

– Ты не права, любимая!

– Любимая? Да я тебя ненавижу! Вон из моего дома!

– Хорошо, сейчас я уйду, но вернусь, когда ты успокоишься, и тогда мы поговорим…

И, не желая спорить с разъяренной женщиной, Дэнни беспрепятственно покинул здание, направляясь к ближайшей портальной станции – сейчас его уже никто не пытался остановить или хотя бы задержать. Случившееся стало для него большой неожиданностью – Дэнни и не предполагал, что женщина, которую он любит, настолько сильно стремится к власти, что готова ради нее буквально на все. И не будет ли в таком случае ошибкой забрать Инию с собой на Нату? Ему еще предстояло продумать, что сказать Нике, и разговор обещал быть не только долгим, но и трудным. Добравшись до портальной станции, юноша выбрал конечной точкой своего маршрута резиденцию клана Ханто..

***

Добить сбитый флаер, совершивший жесткую посадку прямо в придорожном лесу, неизвестным не удалось – с небес на них рухнули боевые челноки прикрытия, несущие круглосуточную вахту на суборбитальной орбите и получившие сигнал о вооруженном нападении на мирный пассажирский корабль. Клан ученых, органически неспособный к военным действиям, доверил свою защиту профессиональным наемникам из числа бойцов Лерой, которые сейчас не зря отрабатывали свой хлеб. Боевой суборбитальный истребитель, подбивший пассажирский флаер с находящейся на его борту Никой, в одно мгновение оказался уничтожен стремительно вывалившейся из облаков тройкой истребителей прикрытия. Успешным оказался лишь первый и единственный точный залп, однако для Ники хватило и его – никто не ожидал, что на суверенных клановых землях кто–то способен осмелиться на столь дерзкое нападение. И сейчас все подчиненные Ханто наемные войска поднимались по тревоге, воздушное и космическое пространство планеты спешно перекрывалось.

Однако боевую операцию по устранению Ники планировали явно не дилетанты – с момента уничтожения вражеского истребителя прошло всего несколько мгновений, суборбитальная и орбитальная защита еще не успела развернуться и активироваться, а из прилегающего к планете космоса, разрывая небо вспышками тормозных двигателей и грохотом преодолевающих звуковой барьер десантных челноков, на земли Ханто посыпались десятки боевых кораблей. На их перехват уже вылетали истребители наемников, пропустившая первую волну атаки суборбитальная защита наконец–то заработала, уничтожая десант второй волны. Ярко–голубое небо над анклавом Ханто озарилось термоядерными вспышками сгоравших в прилегающем космосе боевых звездолетов атаковавших планету вражеских войск. На подавление огневых точек орбитальной защиты из глубин космоса вынырнули тяжелые боевые крейсеры. В ответ на новую угрозу начала оживать станция дальней космической защиты, дрейфующая на удаленной от звезды орбите, во все уголки империи по межгалактической подпространственной связи разнеслось сообщение о вероломном нападении неизвестных на клан Ханто. Операция по ликвидации Ники Ханто, изначально задумывавшаяся как точечное силовое воздействие, перерастала в полноценный вооруженный конфликт…

***

Ника очнулась от тянущей боли в груди и головной боли, раскалывающей виски. С трудом открыв глаза, она увидела перед собой разбитую кабину флаера, бессильно склонившуюся к штурвалу окровавленную голову пилота и густую зеленую траву вперемежку с землей, забившую разбитое окно. Тело по–прежнему оставалось в пассажирском кресле, притянутое к нему страховочными ремнями, и это обстоятельство, по–видимому, спасло ее при падении летающей машины с небес на землю – подбитый флаер, срезав несколько деревьев, упал на поляну, пропахав в мягкой земле глубокую борозду. Однако все это Ника увидела лишь тогда, когда с трудом, превозмогая боль, отстегнула ремни и через разбитое окно вылезла из кабины воздушного судна. Тело слушалось с трудом – вероятно, сказывалась потеря крови от раны в груди, почти наверняка были сломаны несколько ребер, но и без того на шестом месяце беременности особо не побегаешь. Больше всего женщина боялась за жизнь ребенка, но, похоже, с ним все обошлось – спасли страховочные ремни.

Выбравшись из флаера, Ника устало опустилась на развороченную землю, привалившись к обшивке машины и зажимая ладонью рану, из которой продолжала сочиться кровь. Она понимала, что для прекращения кровопотери рану желательно перевязать, однако выполнить эту простую процедуру оказалось нечем – до хранящейся в разбитой машине медицинской аптечки в подобном состоянии женщина добраться физически не могла. Но Ника была уверена – о нападении в клане уже знают, и помощь скоро придет, осталось только ее дождаться. О том, что нападение не прошло бесследно, свидетельствовали частые вспышки в небе, сопровождавшиеся грохотом взрывов и дымными росчерками сбитых челноков – там, наверху, сейчас шел бой. Вероятно, сейчас клану не до нее – войска отбивали нападение неизвестных агрессоров. Но, как только атака будет отбита, – а в этом Ника не сомневалась, – за ней сразу же вышлют помощь.