– Ты решила покончить со мной, дорогая, как покончила с Никой Ханто? А разве ты не знала, что Рэй не так–то просто убить? Признаюсь, что такого коварства я от тебя не ожидал, и оказался столь беспечен, что пропустил первый выстрел. Как видишь, второй выстрел по мне сделать не удалось. И уже не удастся – пистолет в твоей руке больше не оружие, а простой кусок металла.

– Ты не убит? – превозмогая страх, дрожащими губами прошептала женщина.

– Как видишь, нет. Кровь я остановил, разорванные сосуды перекрыл, кислород в мозг поступает, так что смерть в ближайшее время мне не грозит. Сейчас я открою портал и перемещусь туда, где мое тело подлатают и оно станет лучше прежнего. А потом, подлечившись, я вернусь за своим сыном, чтобы, отведя его в безопасное место, сполна насладиться местью. Осталось решить, что делать с тобой.

– Ты меня убьешь?

– Ну зачем же так грубо, дорогая? Как насчет чистосердечного признания? Ты согласна рассказать мне обо всех организаторах и исполнителях убийства моей жены? Заказчика я уже нашел.

– Я ничего тебе не скажу!

– Ну что ж, формальности соблюдены, добровольной передачи информации не произошло, начинаем принудительное сканирование…

И женщина, обхватив голову обеими руками и завывая от нестерпимой боли, безвольно повалилась на пол. Процесс сканирования не продлился слишком долго – Дэнни уже получил опыт подобных операций, сканируя память захваченных им офицеров. Узнав, что хотел, юноша, переложив свою безвольно мотнувшуюся голову на другое плечо, тем же каркающим голосом произнес:

– Я узнал все, что хотел, дорогая. Хорошего посмертия не гарантирую – душа твоя слишком черна, чтобы продолжать осквернять этот мир своим существованием. Умри, и будь ты проклята!

Вой ползающей по полу женщины оборвался – из ее глаз, носа и ушей брызнула кровь, а тело забилось в конвульсиях. И сразу же за висящим в воздухе мужчиной развернулся овальный экран портала и подул сквозняк, утянувший тело за дрожащее серебристое марево в свою бездонную черноту. Стоило окровавленному левитирующему телу покинуть комнату, как портал схлопнулся, лишь на долю мгновения проявив стоящую в глубине своего зева антрацитово–черную статую дракона, зажавшего в лапах скрещенные мечи…

***

Окаана, резиденция Камэни.

– Госпожа Иллэри, я от имени всего клана благодарю вас за наше спасение, и сожалею, что досталось оно слишком дорогой ценой.

– Да, госпожа Орилла, я скорблю о погибших людях Ханто вместе с вами. Планету, конечно, жалко, но это всего лишь обычный камень, который всегда можно возродить заново. А погибших людей уже не вернешь… Вам ли не знать, что каждый человек в своем роде уникален, и смерть каждого человека и для вас, и для нас – невосполнимая потеря.

– Возродить заново целый анклав будет очень трудно, госпожа – как–никак, это столица нашего клана, в нем были сосредоточены все жизненно важные для клана институты управления. Там же располагались клановые архивы…

– Ну, положим, архивы, насколько я в курсе, вы успели благополучно эвакуировать.

– Искины – да, успели. А вот физические носители погибли практически все. Уничтожена также уникальная инфраструктура, погибли десятки тысяч талантливых ученых…

– Разве вы не успели их эвакуировать?

– Лишь самых нужных… По сравнению с погибшими спаслись единицы. К сожалению, пропускная способность порталов весьма ограничена, да и энергостанции анклава оказались не рассчитаны на такой огромный поток беженцев.

– Я понимаю, госпожа, что клану Ханто нанесен тяжелый и в чем–то невосполнимый урон. Однако клан далеко не уничтожен – общие потери численности вашего клана, если не ошибаюсь, менее десятой доли процента. Так что о гибели клана говорить пока рано.

– Никто не говорит о нашей гибели, госпожа. Однако хотелось бы установить принадлежность нападавших и примерно наказать агрессора.

– Вот тут у нас могут возникнуть определенные сложности. На вас напали бойцы клана Милим под предводительством Торуга. Данный факт доказан проведенной в наших лабораториях генетической экспертизой. Однако император уже успел подстраховаться и подал от имени матриархов уведомление в совет кланов о имевшем место якобы мятеже и изгнании из кланов Торуга и Милим огромного числа ренегатов. Я практически уверена, что среди этих имен найдутся и имена погибших при нападении на ваш анклав агрессоров. Более того, скорее всего, все нападающие были оперативно изгнаны из своих кланов сразу же после того, как их руководство осознало, что операция по захвату провалилась. Бомбардировка планеты – это лишь попытка уничтожить улики, ничего более.

– То есть нападение на нас организовал император?

– В этом у меня нет сомнений.

– А у совета кланов?

– Там тоже ни у кого не будет сомнений в личности и нападавших, и организаторов, однако император вовремя подсуетился – формально нападавшие на вас не являлись клановыми. Уже не являлись.

– Но ведь нападение началось до подачи уведомления о мятеже?

– Матриархи Торуга и Милим сошлются на то, что подобные документы не могут быть подготовлены мгновенно – необходимо установить как сам факт мятежа, так и составить список мятежников, после чего подготовить соответствующие документы. Вот на этой разнице во времени они и станут играть. Чтобы прикрыть правящий клан и не развязывать новую гражданскую войну, никто в совете кланов не станет акцентировать внимание на том, что списки напавших на вас людей у Торуга наверняка уже имелись – ведь без них грамотное нападение не организовать.

– Значит, привлечь их к ответственности мы не сможем?

– Официально – скорее всего, нет.

– И им сойдет с рук это преступление?

– Я разве похожа на идиотку, госпожа Тиаринея? Оставить подобное злодеяние без последствий, даже не попытавшись наказать виновных – это все равно, что добровольно разрешить вытереть об себя ноги. Да, мы, скорее всего, ничего не сможем предъявить правящей коалиции официально, но я клянусь – более непримиримого врага у Торуга с этого момента не будет. И я, как матриарх синдиката Камэни–Лерой, официально беру ваш клан под свою защиту. Договор на защиту клана Ханто становится условно бессрочным, и плата за предоставление услуг охраны взиматься не будет. Пока на ближайшие десять сол, а там – посмотрим…

– Спасибо, госпожа, клан Ханто у вас в долгу…

– Это только начало, госпожа Орилла. Завтра я выступлю с заявлением на совете кланов…

***

Женщина в белоснежной тунике, сидящая на обсидианово–черном троне, печально рассматривала лежащее у ее ног тело молодого юноши. На распластавшемся по полированному граниту обнаженном мускулистом мужском теле не было ни единой царапины, несмотря на то, что остатки его одежды, сваленные рядом в небрежную кучу, оказались густо пропитаны засохшей бурой кровью. Грудь юноши медленно вздымалась и опускалась – казалось, что он спал. Бросив еще один печальный взгляд на неподвижное тело, женщина, направив взгляд своих прекрасных, зеленых, слегка миндалевидных глаз, окаймленных длинными пушистыми ресницами, в теряющийся во мраке свод храма, позвала:

– Муж мой, приди на помощь жене свой. Сожалею, но моей силы недостаточно…

И тут же стоящая за троном статуя громадного ящера дрогнула, распахнутые крылья сложились на покрытой двойным шипастым гребнем спине, длинный хвост разогнулся, с силой ударив по полированному каменному полу, глаза широко распахнулись, вспыхнув призрачным зеленым светом, и ожившая рептилия, выйдя из ниши за троном, разлеглась у его подножия, свернувшись полукольцом и положив громадную, увенчанную двумя загнутыми назад рогами голову с длинными, убийственно острыми зубами перед босыми ступнями женщины. Низкий, тягучий, рокочущий, похожий на грохот перекатывающихся гранитных валунов утробный голос, идущий из горла рептилии, пророкотал:

– Ты звала меня, любимая?

Улыбнувшись, женщина проговорила:

– Помоги мне, Дирой, я не могу вдохнуть жизнь в тело своего жреца. Я уверена, что все сделала правильно – восстановила тело, устранив все найденные мной повреждения, подлатала ауру и напитала ее силой, но они не хотят функционировать одновременно. Как будто я имею абсолютно здоровые части от двух разных людей, и они никак не хотят стыковаться, отторгая друг друга!

Взглянув на лежащее перед ним неподвижное тело, дракон, усмехнувшись, ответил:

– А ведь я предупреждал тебя, Таня, чтобы ты не пыталась слишком резко форсировать развитие энергетической оболочки своего жреца. Предупреждал?

– Да, предупреждал, – нехотя согласилась женщина.

– И в результате ты получила физическое тело, замершее на начальных этапах трансформации, с не успевшими правильно сформироваться, деформированными и обожженными недавними перегрузками энергетическими каналами, и весьма неплохо развитую энергетическую оболочку, у которой процесс эволюции продвинулся значительно дальше – душа юноши уже успела не только поглотить всю сгенерированную тобой лакуну с информационной базой, но и в значительной степени ее переработать и усвоить. По уровню развития собственной энергетики и информационной базы, самонадеянно предоставленной тобой, юноша чуть–чуть не дотягивает до молодого бога, а вот физическая оболочка способна обеспечить потребности максимум рядового мага – на большее ее ресурсов банально не хватит. Если бы юноша спокойно, не влезая ни в какие переделки, прожил бы где–нибудь в глуши лет десять–двадцать, а лучше раз в пять больше, то со временем его физические и энергетические тела гармонично срослись бы друг с другом – более развитое энергетическое тело самостоятельно ускорило бы развитие физической оболочки, расширив и укрепив существующие или сгенерировав новые каналы, связки и узлы. Ты же, по–видимому, не дала юноше этого шанса – он, только–только запустив процесс эволюции, уже успел куда–то вляпаться, форсировав развитие своей энергетической оболочки и серьезно повредив физическое тело. В результате энергетическая оболочка просто отторгла отмирающий материальный придаток. За ненадобностью, так сказать. Кстати, вполне разумный подход – душа твоего жреца уже достаточно сильна, чтобы не зависеть от своего материального тела, и вполне самостоятельно может получать необходимую для ее жизнедеятельности энергию напрямую из окружающего пространства.