– Ваша мутация носит название «Божественное возмездие» – по имени источника, инициировавшего мутацию. И этим все сказано, господин…

***

Ранним весенним вечером, когда ласковое теплое солнце уже начало путь к закатному краю небосклона, но дорога эта у светила должна была занять никак не менее пары часов, на узкой пустынной дороге, ведущей к владениям Рэй, показался одинокий путник. Мужчина бодро шагал по идеально ровной, слегка шероховатой синтетической поверхности шоссе, держась середины светло–серой ленты, отмеченной по краям светящимися сине–красными огоньками. Шел он, по–видимому, долго, выйдя в поход еще утром – расстояние до ближайшего населенного пункта, от которого уходила магистраль, составляло почти тридцать километров, или три ши, как привыкли измерять расстояния в империи. Однако столь продолжительный путь никак внешне не сказался на путнике – спортивного телосложения мужчина, одетый в стандартную форму офицера имперских вооруженных сил, ровным уверенным шагом продвигался к одному ему известной цели.

Дойдя до границ клана Рэй, обозначенных невысокими светящимися столбами, через равные промежутки уходящими в обе стороны от дороги и теряющимися вдалеке, мужчина остановился перед дорожным указателем, информирующим, что впереди – суверенная территория, доступ на которую без специального разрешения запрещен. Указывалась и кара для нарушителя – смерть. Однако или мужчину не испугала кара, или он все же имел право прохода, так как путник, немного помедлив на границе, как будто раздумывая о смысле продолжения пути, сделал уверенный шаг вперед, за едва заметную завесу–вуаль из дрожащего воздуха.

Переход во владения Рэй встретил путника по–летнему теплым воздухом – как минимум на несколько градусов выше той температуры, которую тот ощущал на себе в последние минуты ходьбы. Создавалось ощущение, что если за границами анклава стояла весна, то во владениях Рэй уже воцарилось начало лета. Это ощущение поддерживал стойкий пряный аромат цветущих луговых трав, густо растущих по краям дороги, и жужжание многочисленных насекомых. Дорога ровной стрелой уходила прямо, рассекая травяную стену, и скрывалась под покровом раскинувшегося на горизонте леса, до которого мужчине предстояло идти еще как минимум час.

Ровно через час одинокий путник ступил под покровы густого лиственного леса. Безлюдье окрестных территорий, расположенных в самых густонаселенных районах Оканы, поражало – за все время пути мужчине так и не встретился ни один человек. Потребовался еще почти час ходьбы, и, вынырнув из кутающегося в подступающие сумерки леса, дорога вывела путника к небольшому городку, приютившемуся почти на самой опушке. Городок едва насчитывал сотню домов – небольших, аккуратных, одно–двухэтажных, утопавших в зелени прилегающих садов. Скорее даже не город – просто населенный пункт, но по отношению к окрестному безлюдью мужчина предпочел считать его городом. Там же путник увидел и первых людей – горожане спокойно занимались своими делами, не обращая внимания на уверенно идущего по дороге одинокого пешехода. Однако мужчина все же не остался незамеченным – иногда он ловил на себе мимолетные заинтересованные взгляды жителей таинственного городка.

Оставив спрятавшийся в лесу населенный пункт побоку, дорога обрывалась перед основанием громадной ступенчатой пирамиды, возносящей венчающий ее шпиль высоко в небо. В лучах заходящего солнца покрытый позолотой шпиль сверкал ослепительно ярко, разбрасывая радужные блики на полированные каменные грани пирамиды. Освещенные последними лучами солнца, ведущие ко входу в исполинское сооружение ступени отбрасывали на землю длинные изломанные тени. Не задерживаясь у подножия, путник решительно поднялся по ступеням зиккурата и вошел в наполненную таинственным полумраком гигантскую арку входа.

Пройдя по широкому коридору, мужчина вышел в громадный зал, скрытый ласковым прохладным полумраком. Скудное освещение не давало полностью рассмотреть величие гигантского сооружения – задрав голову, мужчина смог разглядеть лишь скрывавшиеся в высоте колонны, поддерживающие воздушную галерею, узким кольцом опоясывающую помещение. В дальнем конце зала куталась в полумрак статуя гигантского ящера, раскинувшая в стороны уходящие во тьму громадные кожистые крылья. Мужчина, немного поколебавшись, подошел к статуе, остановившись перед ступенями, ведущими к трону, и достал из–за пазухи небольшой золотой медальон с изображением точно такого же дракона, как и нависшая над ним статуя. Звенящую тишину зала разбил неуверенный мужской голос:

– Я пришел…

Шелестящие отзвуки голоса путника, пометавшись под сводами зала, затихли, и опять на мужчину навалилась тяжелая, давящая тишина. В зале ничего не изменилось – все так же гулко стучало сердце, и так же над одиноким путником нависала громадная и пугающая статуя дракона, казавшаяся кошмаром, который вот–вот оживет и сделает первый шаг, раздавив своими лапами посмевшего вторгнуться в его жилище дерзкого нарушителя. Чувствуя, что его решительность утекает, как вода из дырявого котелка, мужчина собрал остатки самообладания и уверенным голосом, глядя прямо в переливающиеся зеленым потусторонним светом глаза ящера, сказал:

– Я не знаю кто ты, но Дэнни Рэй сказал, чтобы я обратился к тебе. Я пришел стать его воином.

Слова путника шелестящими переливами все еще метались под сводами зала, а картина перед пришельцем уже менялась – редкие пробегающие по чешуе ящера радужные блики вспыхнули, глаза рептилии зажглись ярким зеленым светом, и на резном каменном троне, разместившемся между лап дракона, возник разгорающийся клочок тумана, который, почти сразу же сгустившись, обернулся сидящей на троне ослепительно красивой молодой женщиной в короткой белой тунике. Густые длинные золотисто–льняные волосы водопадом стекали по ее плечам и, свиваясь полукольцами на резных подлокотниках трона, опадали на пол. Покачивая длинными изящными ногами, обутыми в белые легкие сандалии на босу ногу, женщина с интересом разглядывала замершего у ее ног незнакомца, устремив на посетителя свои огромные, зеленые, слегка миндалевидные глаза, окаймленные пушистыми ресницами.

Молчание грозилось затянуться, и мужчина разрушил его первым, спросив:

– Вы Таня? Дэнни сказал, что на мою просьбу, скорее всего, откликнитесь именно вы.

Сурово посмотрев на него, женщина холодно спросила:

– А еще что сказал тебе мой жрец? Говори, смертный!

– Дэнни сказал, что вы можете сделать меня его воином, – поборов предательскую дрожь, ответил мужчина.

– Мальчик решил создать свое собственное небесное воинство? – подперев кулачком щеку, задумчиво проговорила женщина, разговаривая, по–видимому, сама с собой.

И, уже для стоящего перед ней мужчины:

– Я богиня Таня, жена Создателя Одина, бессмертного творца миров. Готов ли ты, смертный, носящий в этом мире имя Крис Торуга, встать под крыло верховного жреца моего, исполняющего волю мою, и служить ему верой и правдой, не щадя своей жизни, до скончания дней своих?

– Готов, богиня! Дэнни Рэй обещал мне, что в служении ему не будет лжи, подлости и предательства. Такой службе я готов отдать всю свою жизнь.

– Подумай еще раз, смертный, обратной дороги у тебя не будет. Пока у тебя есть возможность вернуться – тебя выпустят из моих владений, проводив до границ анклава. У Торуга тебя ожидает обеспеченное будущее.

– Деньги с некоторых пор слишком мало меня интересуют, госпожа богиня… Мне гораздо важнее, как я стану жить дальше. Твой жрец и мой друг говорил, что честь для него важнее жизни. Я хочу остаток своей жизни, каким бы длинным или коротким он ни был, прожить так же.

– И в третий раз я предлагаю тебе отказаться. Путь, который ты выбираешь, труден и полон опасностей, а в конце пути тебя поджидает смерть. Готов ли ты променять спокойное и обеспеченное будущее у Торуга на полную невзгод и опасности неизвестность под крылом моего жреца?

– Готов! – голос мужчины неожиданно обрел силу и твердость, плечи его развернулись, голова поднялась, а вспыхнувшие безумной надеждой глаза встретились с глазами сидящей на троне богини.

Прошли мгновения, тягучие, как капли древесной смолы, однако мужчина продолжал смотреть прямо в глаза богини, не отводя взгляда. И, когда молчание уже отразилось липким холодком страха, пробежавшим по позвоночнику Криса, богиня торжественно ответила:

– Да будет так!