Спели и сыграли нормально. Уже появилась уверенность и некоторый автоматизм в перебирании струн и смене аккордов. А Наташка - молодец. При таком щуплом тельце, такой мощный голос. Старается меня не забивать и подстраивается. Перед песней сказал пару слов от себя, и наплевать мне на всех мегер. Зал мы завели. Уже на втором припеве нам стали хлопать в такт, а на третьем подпевать. Правда не вставали и на бис не вызывали, но хлопали дольше и громче, чем многим другим исполнителям. «Молодцы «пельмени» и Слава Мясников!» Мегера ничего не сказала, но встретила и проводила ТАКИМ взглядом! А я был воодушевлен.

Все-таки есть при исполнении со сцены при большом скоплении народа какая-то энергетика зала. Есть между исполнителем и зрителями какая-то связь. Ты передаешь что-то им и заряжаешься от их чувств. Только думаю, что многое зависит от исполнителя и от песни. Надо стараться передать свои чувства зрителям, и они это почувствуют, а их радость и эмоции передаются мне. Почему-то на предварительном отборе этого не было, не чувствовалось, наверное, из-за отсутствия зрителей. Может потому, что зрители делали свою работу, а не наслаждались.

В коридоре барака я испытывал другие чувства. Там обстановка другая была, ответственность и атмосфера, как бы семейная, а на обоих концертах я почувствовал восторг и воодушевление. Вот почему артисты держаться за сцену до последнего. Боксеры с трудом уходят с ринга. Отсюда - от не востребованности, отсутствия привычных эмоций от радости зрителей, вышедшие в тираж артисты и спортсмены спиваются, депрессируют и рано уходят из жизни от сердечных болезней. Испытав медные трубы, не выдерживают обыденности жизни. Также заметил, что перед сценой я не испытываю волнения. Сегодня даже не думал о тех, кто сидел в первых рядах, а пел для всех. Пытался как можно полнее передать свои чувства о бабушках, вспоминая себя, играющего в бабушкиной комнате, ее кисель, которым она меня пыталась накормить, детские сказки, которые читала мне или рассказывала своими словами и рассказы о прочитанных ею когда-то книгах.

Наташка тоже была довольна и благодарна мне за маму. Она осталась дожидаться маму до конца концерта, а я, попрощавшись с ней и Евгенией Сергеевной, отправился домой. На выходе вахтерша сунула мне трешку назад, благодарная за песню о бабушках. Перед клубом стоял целый ряд Волг. Конечно, разве отцы города пойдут пешком на концерт и домой, как простые люди, хотя из будущего знал, что директор одного из крупнейших заводов города всю свою жизнь на свой завод и обратно ходил пешком. Когда его в период приватизации подвинули (выперли), так с его уходом завод стал хиреть и там, так же как у всех предприятий, сразу появились проблемы.

Глава 6. Второй месяц.

Воспоминание.

После концерта жизнь пошла своим чередом. Утром зарядка с утяжелителями на ногах. На руки их подвязывать одному неудобно, поэтому купил две маленькие гантели и бегал с ними.

Выкупили последние перчатки у Горбатова, подвесили последнюю грушу и купили скакалки, только редко, кто со скакалками тренировался. Мне тоже это занятие не нравилось, но зная о его необходимости для выработки выносливости, развития координации и много другого полезного, я заставлял себя подолгу прыгать в углу спортзала.

Вспомнил, что как-то на второй год службы, заехал к друзьям и сослуживцам в свой первый гарнизон. После выпуска из военного училища большую группу молодых лейтенантов-выпускников направили на Дальний Восток и офицерское общежитие оказалось переполнено молодыми жизнерадостными жеребцами, большинство из которых были холостыми, а женатики еще не привезли с собой жен. В выходные дни по вечерам вся эта толпа ходила в гарнизонный Дом Офицеров на популярные тогда танцы и местная молодежь из окрестных сел опасалась выступать, так как незамедлительно получала отпор от спортивных и умелых офицеров.

Через год меня перевели в другую часть, кого-то тоже, женатики рассосались по квартирам и зажили семейной жизнью, а кто-то женился на местных девчонках - общежитие опустело и холостяков стало значительно меньше.

В это время я приехал навестить оставшихся друзей и после радостной встречи привычно отправились на танцы. Меня удивило, что в полупустом зале, который я помнил всегда заполненным, находились в основном местные ребята и вели себя довольно вызывающе с превосходством поглядывая на нас.

Вскоре возник конфликт и две группы вывалили на улицу на разборки - нас семь человек, офицеров и прапорщиков и местных - около двадцати. Видя такое неравенство, предложил драться один на один со всеми желающими. К нашему удивлению, они проявили благородство, согласились и понеслось. Я, постоянно перемещаясь, укладывал одного за другим или противники отказывались от драки, получив какое-либо повреждение.

Мне помогала скорость и постоянное движение. В ходе непрерывных драк мы в сопровождении азартной толпы «болельщиков» передвигались вокруг Дома Офицеров и под конец я начал выдыхаться, тем более некоторые противники неоднократно вступали в драку, передохнув, собравшись с силами или возбудившись, вновь желали попытать силы в драке со мной.

Под конец, в некоторых схватках пришлось поваляться в борьбе на земле, а когда мы вновь оказались перед входом я пропустил сильнейший удар в лицо, и перестал видеть из-за обильного рассечения. Драка прекратилась. Деревенские остались довольными, несмотря на то, что большинство из своих противников я положил. Сколько их было? Десять, двенадцать? Не запомнил.

Вот, для подобных случаев и нужны сильные ноги, хорошая координация и физическая выносливость.

Рутина.

Концерты закончились и от меня больше не требовали творческих подвигов.

Все в школе готовились к контрольным в конце четверти. Я значительно улучшил свои показатели в учебе. За четверть получалось больше пятерок, чем четверок.

Сходили с матерью к какой-то старой швее. Она всю жизнь просидела за машинкой и уйдя на пенсию с высшей категорией, продолжала шить под заказ только для своих и по рекомендациям. Как портниху ее хвалили. Мама купила темный дорогой материал и, сходив к ней, сделали заказ. Я сделал единственное предложил - на пиджаке воротник-стоечку. Мама, было, возмутилась, но старушенция, пожевав губами, что-то каркнула (вроде согласилась). Меня грызли сомнения в ее возможностях, глядя в подслеповато щурящиеся выцветшие глаза за толстыми стеклами очков и заметный тремор рук, хотя ей помогала какая-то тетка высокого роста. Теперь костюм шьется и скоро на примерку.

Получил несколько записок от девчонок с предложением встретиться или дружить. Не ходил и не отвечал. Еще на переменах стал ловить взгляд Наташки, хотя до совместных репетиций и выступлений не подозревал о ее существовании. Однажды не выдержал, подошел и предложил свою любую помощь при возникновении у нее проблем в жизни. Она вспыхнула, поблагодарила и все…! Мне показалось, что ей неудобно находиться рядом со мной в школьном коридоре на многолюдной перемене.

Съездил с Филом последний раз в Душкино. Хорошие дома взламывать не пытались. Прошлись только по явно нежилым. Нашли еще несколько икон и книгу, в плохом состоянии, да срезали все холстяные иконы в церкви. Надо расширять область поисков. Фрол тоже прочесал свою и соседние деревни, и новых поступлений не было.

Район наш большой, заброшенных деревень множество. Только, где их искать и как добираться? Возникла идея найти карту нашего района. Предложил Филу посетить городской архив и библиотеку. Решили разделиться. Юрка, как библиоФил посетит библиотеку и читальный зал, а я в - архив. Если ничего не найдем, придется обращаться к Михалычу. Помню, в будущем походе он пользовался схемой маршрута на кальке, перерисованной с карты. В это время все засекречено, и крупномасштабных карт местности не достать или можно, но не нам.

Солнышко стало пригревать, сугробы почернели и опали. Походил по обувным магазинам, пытаясь подобрать подходящую обувь для утренних пробежек. Нужна обувь для бега по лужам и грязи, но советский Минлегпром ничего подходящего мне предложить не мог. Пришлось купить высокие кеды. Снег растает, придется бегать в них и каждый день сушить.

Большую часть свободного времени репетировал на гитаре уроки Павла и репетиторство не прекращал. Мне было интересно с Павлом, а ему, как мне кажется, со мной. На уроках и дома вспоминал популярные в будущем песни и слова к ним, а чего не помнил, пытался придумать свои и сам пытался подобрать аккорды. Вроде стал чувствовать гитару. Разучил аккорды, но оказалось в игре есть столько тонкостей, нюансов, что казалось их не освоить за всю жизнь. Теперь я понимал скептицизм Павла, свою глупую самоуверенность, терпение Наташки и Евгении Сергеевны. Вспоминать стыдно. Только на наглости, Наташкином умении, хороших песнях, музыкальной глухоте зрителей и голосе тогда выехал на концертах. Даже Павел нас похвалил.

Пытал Павла - как формируется их репертуар? Чем их репертуар на танцах отличается от ресторанного? Какие песни наиболее популярные в ресторане и их чаще заказывают? Немного помявшись, Паша коротко просветил меня. Песни они поют, как правило, утвержденные в специальном списке. Как я понял, их репертуар состоит из песен Советских ВИА и нескольких песен из зарубежной эстрады, исполняемых на радио и ТВ. Их лидер и музыкальный руководитель любит «Веселых ребят» и «Цветы», поэтому у их ансамбля много песен из репертуара этих популярных групп. Песни хорошие и всем нравятся. Новые песни, в том числе свои, они включают в свой репертуар, но обкатывают на конкурсах вокально-инструментальных ансамблей и на гастролях. «Ого, у них и гастроли бывают?» - удивился.