В переговорах, проходивших в Пассау весной 1552 года, участвовали три стороны: во-первых, «воинственные князья» во главе с Морицем Саксонским, во-вторых, император, представленный эмиссарами, то есть собственно договаривающиеся стороны, и, в-третьих, посредники, в число которых входили римский король и группа нейтральных князей. Из всех пунктов, выдвинутых в качестве условия для достижения мира, лишь два были связаны с определенными трудностями: защита приверженцев Аугсбургского исповедания от насилия и санкций имперского суда, а также отвод многочисленных жалоб на имперское правительство и прекращение посягательств на сословные привилегии. Карл не считал возможным признать религиозный раскол как свершившийся факт и тем самым окончательно похоронить слабые надежды на достижение компромисса. Он также не хотел связывать себя обязательствами каких-либо определенных реформ в империи. Первое затрагивало его религиозные убеждения, второе не согласовывалось с его представлениями о системе правления. По этим пунктам между императором и королем в начале июля разгорелась нешуточная борьба, поскольку от их разрешения зависел мир в империи и все династические перспективы Габсбургов. Фердинанд расценивал перспективы религиозного примирения более оптимистично и считал, что многие нарекания на правление императора оправданны. Кроме того, пространства для маневра было не так уж много, ибо Мориц не желал идти ни на какие уступки. Карл, однако, также не собирался уступать и в конце концов заявил, что скорее откажется от императорской короны в пользу Фердинанда, чем примет на себя подобные обязательства.

Казалось бы, переговоры в Пассау провалились, однако курфюрст Мориц и его союзники, за исключением маркграфа Альбрехта Браиденбург-Кульмбахского, согласились подписать договор. Причины столь неожиданного решения следует искать, по-видимому, в том, что положение изменилось не в пользу «воинственных князей». Кроме того, Мориц, по всей видимости, полагался на слово римского короля, который вместе с другими католическими князьями, участвовавшими в переговорах, согласился признать Аугсбургское исповедание без ограничения сроков. Во всяком случае, осенью 1552 года Мориц со своей армией прибыл в Венгрию на помощь Фердинанду, и этот союз вырос почти до размеров «прочной коалиции» (Born, 65). В то же время, еще в середине августа 1552 года, император медлил с ратификацией соглашений, достигнутых с таким трудом, что также не способствовало улучшению отношений между братьями. Их концепции религиозной и имперской политики все больше расходились, в особенности после того, как Фердинанд в результате трезвого анализа положения, судя по всему, склонялся к политике, направленной на «спасение ограниченной императорской власти, основанной на компромиссах с субъектами империи» (Lutz, 86).

Осенью 1552 года, когда все внимание Фердинанда было сосредоточено на венгерском театре военных действий (кампания закончилась длительным перемирием), Карл V попытался восстановить утраченное влияние в империи. Для того, — чтобы создать базу для этого, ему нужна была военная победа над Францией, которая явилась бы демонстрацией силы. Целью кампании был выбран город Мед, важный стратегический пункт на пути из владений Габсбургов на юго-западе империи и Нидерландами, захваченный в апреле Генрихом II. Первоначально операция непосредственно против Меца казалась невозможной, потому что неподалеку от этого города расположился союзник Генриха II Альбрехт Бранденбург-Кульмбахский со своим отрядом. Но, к удивлению многих, упрямого Гогенцоллерна удалось переманить на сторону императора при помощи расплывчатых обещаний. За это предводитель наемников получил от императора подтверждение законности тех договоров, которые он весной 1552 года под угрозой применения силы вынудил подписать епископов Бамберга и Вюрцбурга, а также имперский город Нюрнберг. Согласно этим договорам, епископы и город должны были пойти на большие территориальные уступки и подтвердить законность тех денежных сумм, которые маркграф уже получил путем вымогательства. Руководствуясь оппортунистическими соображениями, верховный глава империи придал преступлению правовой статус.

Военная катастрофа под Мецем и провал попыток создания союза субъектов империи лишили императора присутствия духа. Его интерес к происходящему в империи уменьшался с каждым днем. Этот процесс сопровождался снижением авторитета и ослаблением власти, в результате чего начало возрастать напряжение и создались условия для разрушительных междоусобиц, зачинщиком которых выступал маркграф Бранденбург-Кульмбахский. После примирения с Карлом V Альбрехт занялся тем, что попытался реализовать договоры, подписанные под угрозой применения силы. Когда франкские «партнеры» проявили неуступчивость, он взялся за оружие. Обе стороны при этом ссылались на решение императора: Гогенцоллерн — на утверждение договоров в лагере под Мецем, а епископы Бамберга и Вюрцбурга — на то, что император в конце лета 1552 года признал эти договоры недействительными, что в витиеватых выражениях еще раз подтвердил зимой 1552–1553 годов. Противоречивые документы, источником которых была императорская канцелярия, заставили большинство субъектов империи занять выжидательную позицию, но некоторые из них проявили решимость к действию. К числу таких принадлежали Мориц Саксонский и король Фердинанд. Хотя события во Франконии непосредственно их не затрагивали, они увидели в этом опасность для договоренностей, достигнутых в Пассау: первый вновь ощутил опасность реституции Эрнестинской династии, а второго обеспокоили возобновившиеся слухи об «испанском наследовании».

Здесь мы не будем вдаваться в подробности войны, тем более что после двух поражений маркграфа в июле и сентябре 1553 года она практически свелась к грабежам и разбою. Внимания заслуживает лишь то, что для борьбы против Альбрехта, которого одни считали «императорской собакой», а другие «нарушителем всеобщего спокойствия», возник союз, участники которого принадлежали к различным конфессиям, чем они и реализовали концепцию примирения империи, выработанную год назад. Позиция же Карла V еще долго оставалась двойственной. Это привело к тому, что в сражении под Сиверсхаузеном солдаты Альбрехта шли в бой под пурпурным знаменем императора, а их противники призывали к спокойствию и миру в империи и издали военный манифест за подписью римского короля и курфюрста Саксонского.

В сражении под Сиверсхаузеном Мориц Саксонский был смертельно ранен. Это лишило Фердинанда важнейшего политического партнера и заставило с удвоенной силой искать союзников среди других субъектов империи, и прежде всего князей. Пути назад у него уже не было, он считал себя связанным ответственностью за соблюдение достигнутого компромисса и в то же время настаивал на своем праве на наследование императорского престола. В это время союзы и соглашения стали основным и надежным инструментом, компенсировавшим слабость императорской власти, сохранить мир в империи и обеспечить императору политическое влияние. Об этом говорят многочисленные попытки Карла V сколотить подобный союз. Одной из таких попыток был Меммингенский проект 1552–1553 годов, который так и не был реализован, разделив судьбу Эгерского союза, который в 1553 году намеревались заключить между собой король Фердинанд и курфюрст Саксонский. Однако были реализованы некоторые региональные объединения, например, во Франконии. Сюда же относится союз князей, выступавших на переговорах в Пассау в роли посредников. Эта организация возникла весной 1553 года и получила название «Гейдельбергского объединения». Участниками этого союза, ориентированного на оборону собственной территории, стали курфюрсты Майнца, Трира и Пфальца, герцоги Баварский, Юлих-Клевский и Вюртембергский. Этот внеконфессиональный союз отклонил попытки сближения со стороны курфюрста Морица Саксонского, а также перечеркнул планы Карла V на создание собственного союза, так как привлек в свои ряды важных потенциальных участников. В то же время король Фердинанд как суверен Верхней и Передней Австрии осенью 1553 года был принят в члены Гейдельбергского объединения, что позволило ему наладить отношения с членами этой группы, которая, правда, вскоре утратила единство и распалась. Этот распад был вызван, во-первых, угрозой, возникшей после поражения маркграфа Альбрехта, которое приглушило страх перед «практическими шагами» императора. Во-вторых, возникли разногласия по поводу исполнения указа об опале Гогенцоллерна, который император наконец-то издал в начале зимы 1553/1554 годов. Требование к имперским округам исполнить указ об опале было направлено на то, чтобы поддержанием мира наконец занялись те институты, которые, собственно, для этого и были созданы. Такая позиция позволяла утратившим единство субъектам империи оправдать собственную пассивность в этом вопросе. Выжидательно-индифферентную их позицию также поощряло начатое королем Фердинандом предварительное зондирование вопроса о созыве рейхстага.