— Но НАВ найдёт другие способы, чтобы узнать о Докторе. Мы не можем потерять его. Женщина кивнула. Её самообладание и уверенность напоминали о жрицах старых времен.

— Так предначертано.

— Доктор не знает об этом, — сказала Романа.

Секретарь указал Дороти на длинную крытую галерею. Там был припаркован её мотоцикл вместе с сумками. Она положила чёрный шар в один из них, затем надела шлем и села на мотоцикл.

Секретарь выглядел чересчур взволнованным.

— Пожалуйста, поторопитесь, — сказал он. — Координаты установлены.

В этот момент она заметила, что при нём есть оружие.

Она услышала бегущие шаги и увидела двух охранников в сером, бегущих к ней. Секретарь поднял своё оружие, чтобы выстрелить. Луч бледного света ударил его прямо в грудь. Он рухнул. Дороти завела мотор. Он заревел, подтверждая готовность.

Охранники бежали к ней, подняв оружие. Она опустила голову и приготовилась ехать прямо в ад.

Два рубиновых луча спереди и сзади поставили в тупик охранников. Две знакомые собаки стояли у угла.

— Спасибо, парни, — крикнула Дороти.

Одновременно она почувствовала кого-то на сиденье сзади.

— Уходим, живо, — послышался голос Лилы.

Звук шагов нарастал. Прибывали новые охранники.

— Уходим! — завопила Лила.

Дороти сорвалась с места. Из-под колёс летели искры, пока она мчалась по коридору. Портрет предыдущего президента на стене взорвался прямо перед ними.

— Оригинал Пандака! — крикнула Лила, и стена внезапно исчезла.

* * *

Штат посольства тарилов наблюдал за дверью. Они забаррикадировались от охранников, стоявших снаружи, чтобы воспрепятствовать их уходу.

Они ждали новостей от президента, но новостей не было.

Принц Уайткуб с его неопрятной гривой шагал по комнате, как запертое в клетке животное.

— Мы — политические заложники? — спросил он охранников, но они были существами низкого происхождения без чувства чести или долга.

Чтобы отвлечься от ожидания, он слушал своих посольских атташе, вспоминающих прошлое в их собственной вселенной.

— И Власольф шёл со скоростью ветра к началу рассветной битвы. С волнением он наблюдал, как разделяются Воин Тьмы и Воин Света. Чёрная и белая армия выстроились, чтобы начать их вечное сражение. Но вдруг послышался смех, и между ними возник Кровавый Вор. Красный Шакал, хитрость которого уравновесила бой.

Коммуникационный экран на столе принца открылся, показывая встревоженного канцлера Теорасдаворамилонитен.

— Канцлер, Вы в безопасности?

— Дорогой принц, мы нуждаемся в Вашей помощи. Он раскинул широкие лапы.

— Мы — пленники здесь. Вряд ли мы можем что-то сделать.

— Да, да, Вы можете, — она оглянулась по сторонам. — Я хочу попросить убежища в границах вашего посольства.

— Для Вас, канцлер?

— Нет, Ваше Превосходительство, — она сделала паузу. — Нет. Я прошу убежища для президента Галлифрея от ее собственного народа.

Она отвернулась, чтобы на что-то взглянуть. Экран затрещал и выключился.

ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА

Чёрное против белого всегда привлекательно, здесь можно вспомнить Белого и Чёрного Стражей.

Но качели нуждаются в точке опоры, на которой можно балансировать; катализатор, чтобы вдохновить их; булавка, чтобы взорвать надутый воздушный шарик.

В серии «New Adventures» предполагается, что между Чёрным и Белым Стражами находится Красный Страж Правосудия, уравновешивающий бесконечное сражение. И на Галлифрее, между воображением Омеги и рациональностью Рассилона присутствует ещё один, чьё имя скрыто. Кто-то, кого обвиняют. Эта типичная фигура то клоуна, то разоблачителя есть во всех мифах и легендах, и здесь он упоминается в сагах тарилов. Из этого следует, что всегда существует тот, кто желает плыть против течения…

ГЛАВА 18. Правда Дома

— Он остановился, — сказал Глоспин. — Что он делает?

Саттралоп посмотрела в своё зеркало. В нём отражался Доктор, стоявший на одной из галерей. Он наклонился, исследуя один из деревянных столбов.

— Больше помады, — прокаркала она, и драдж вновь распылил мазь на её седые волосы. Она схватилась за стул, на котором сидел Глоспин.

— Подойди поближе, мой мальчик, — сказала она.

Глоспин покорно соскользнул со стула и присел в ногах старухи, позволяя ей перебирать его длинные волосы.

— Моя злюка. Мой непослушный мальчик.

Она почувствовала, что он вздрогнул, когда она сжала пальцами его голову.

Драдж срезал волоски на её подбородке декоративными ножницами. Это напомнило ей о её свадебной церемонии. Ей было всего триста два. Когда поступило предложение, она была всё ещё девочкой, едва готовой к клятвам и обязанностям.

Я буду служить Вам силой и проводником, раствором и ступкой.

Простое деревянное кольцо на ее пальце, иногда узкое от чувства собственничества, иногда горячее от гнева.

Я буду охранять Ваши границы, Ваше имущество и Ваше потомство от Станка до могилы.

Тогда она и Дом стали единым. Союз крови и кирпича.

Доктор продолжил путь. Теперь, при свете дня, он больше не выглядел взволнованным, что его могут обнаружить. Он направлялся к её комнате. Пройдя мимо зеркала, он с усмешкой приподнял шляпу.

— Я бы узнала это высокомерие где угодно, — пробормотала домоправительница. Её рука замерла на волосах Глоспина.

— Он сказал мне, что вернулся домой, чтобы стать следующим китриархом, — сказал Глоспин. — Он хочет получить то, что ему прилагается. — Он вздрогнул, когда она вцепилась в голову ногтями.

— Если ты хочешь быть наследником, — произнесла она, — то должен удостовериться, что у него нет никакой возможности разбудить Квинца.

Раздался стук в дверь.

Она застонала и заскрипела, используя голову Глоспина в качестве поддержки. Паутина по-прежнему цеплялась за её рваную одежду, когда она встала со своего стула впервые за семьдесят один год.

К тому времени, когда Крис дважды заблудился и случайно вернулся к двери Инносет, он был действительно напуган. При свете его умение ориентироваться значительно улучшилось. Он последовал дальше и услышал свист Доктора — ву-хуу, отзывающийся эхом через лабиринтообразное здание. Он попробовал систнуть сам, надеясь, что это будет действовать как своего рода нить гидролокатора в лабиринте.

Спустившись на три этажа, он услышал ответ. Два свиста откуда-то из глубины.

Вуу-хи.

Он продолжал идти, зная, что позади него что-то было, что-то большое и громкое. Но когда он оглянулся, то в коридоре не было ничего, даже теней.

Он спустился по лестнице и попал на грибную ферму. Грибы находились даже на стенах, сглаживая чёрный купол. Подойдя к сломанной стенке, он заметил фигуру.

— Он исчез, — сказала Инносет. — Мы ошибались. Вы ошибались. Крис подошёл ближе.

— Шансов не было. Мне жаль, что Вы были неправы, но шансов не было. Жаль.

— Аркхью ушёл. Точно так же, как Мэлджамин.

Крис присел и посмотрел на отпечаток ботинка в слизи.

— Видите? Тело было вытащено. Кто-то побывал здесь перед нами. Вероятно, убийца, пытающийся скрыть доказательства.

Инносет вышла из-за ограды. Измождённая фигура в плаще, скрывающая любую эмоцию.

— Где он?

— О, нет, — сказал Крис. — Вы совершаете большую ошибку. Во-первых, отпечаток другой.

— Зачем он понадобился Вам? — спросила она и пристально посмотрела на Криса. — Кто Ваши семья и клан?

Он вздрогнул под её взглядом. Стандартная техника.

— Не делайте этого, пожалуйста. Она нахмурилась.

— Он освободит нас, или приехал, чтобы окончательно замучить?

— Хм, не думаю, что он знал, — ответил Крис. — Он потрясён. Но Вы рассказали ему не всё, не так ли?

— Это не касается посторонних.

— Я — беспристрастный судья. Я не встаю ни на чью сторону.

— Он относится к Вам как к своему другу.